Да и когда тебе в лицо летит острый меч, непроизвольно попытаешься от него закрыться. Это Тридцать второй и сделал. Зря. Воспользовавшись секундной заминкой, резко сближаюсь, одновременно с этим доставая свои кинжалы. А следом ещё один бросок. Противник смог защититься от меча, но вот кинжал крайне легко вошёл ему прямо в ноги.
– Аргх... Тварь! – резко осел он. – Я тебя...
Не знаю уж что он хотел сказать, но я даже слушать не стал. Продолжаю резко уменьшать дистанцию. Отклоняю отчаянный удар меча оппонента своим клинком.
– Кха, всё. Я проиграл, – почти шепчет проигравший.
Вот только свой клинок он так и не выпустил из рук... И мой кинжал быстро перерезает горло врага. В то же время я смотрю прямо на толпу подростков, что с ужасом наблюдают за этим зрелищем. Пусть помнят. Пусть знают, что не стоит переходить мне дорогу. Это был враг. Нельзя оставлять подобного за своей спиной. Он ведь обязательно решит отомстить в тот момент, когда ты этого совсем не ждёшь.
Если честно, пусть я и не подавал вида, но мне было сложно это сделать. Что-то внутри будто переломилось в этот момент. Одно дело – убить в горячке боя, и совсем другое – вот так, хладнокровно прикончить не сопротивляющегося врага.
– Хо-хо-хо, – раздался радостный возглас со стороны Наставника.
– Слушаюсь, – кивнул я, быстренько обтерев кровь с кинжала об одежду врага и забрав свои клинки, после чего и вернулся в строй.
– Это было круто, – прошептала мне на ухо довольная Аю.
– Спасибо, – внезапно донёсся до меня ещё один женский голос.