К тому же я их видел перед тем как заходить в Империал.
- Родные переживали, – пошёл на попятную он.
- Но ты же смог утешить? – грубо поддел я графа.
По лицу Анри было видно, что ему не понравились мои слова.
- Эмери мне рассказала про ваш разговор. Ты серьёзно считаешь, что это единственный выход?
- Тебе честно? – спросил я. Он ответил согласием. – В моём доме уже больше двух месяцев живут твои жена и ребенок. А ты меня сейчас спрашиваешь о матери?
- Не тебе читать мне мораль, Ярар. То, что творится в моей семье, тебя никак не касается.
- Тогда какого хрена ты лезешь в мою? Ты спишь с моей матерью и у тебя язык поворачивается говорить не лезть в твою семью?
- Это не одно и тоже! – попытался возразить Анри.
- Но я так не считаю!
Несколько секунд мы смотрели друг на друга со злостью.
- Кажется, это становится большей проблей, чем мы думали вначале, – уже спокойным голосом сказал граф.
- Согласен. И что мы будем делать?
- Ты знал, что Инесса собирается поступать в Академию в следующем году? – Я кивнул.
- Говори, – произнёс я.
- Ставр Долгоруков, поговори с ним по-родственному и скажи пусть на чужих жён рот не разевает.
- Хорошо, - ответил я, хотя так и порывалось ответить что-то наподобие: «а ты на чужих матерей» или «сам ходишь налево, а другим не даёшь». Но это значило ещё сильнее усугубить конфликт.
"Ближе к вечеру мне пришло письмо от Юлизеи, в котором она ставила перед фактом, что ждёт меня на старом месте, для разговора.
Сложно подобрать слова, чтобы описать мои чувства во время чтения её послания. Однако на следующее утро я выехал на встречу. Со мной вместе поехал Серек. Оказывается, он тоже получил письмо от морфов. С собой мы взяли пару десятков солдат и Зеса с Аяной. И помимо этого весь путь до поместья нас охраняла звезда энергетиков.
Когда мы подъехали к особняку, перед нами сразу открыли ворота.
Мы молча сели, ожидая узнать зачем просила о встрече морфиня.
- Ты меня сильно подставил, мальчик! – прошипела она. - Ты хоть понимаешь, что ты натворил? И ради чего? Лишь бы насолить мне?
- Хватит играть представления, Юлизея, - произнёс Серек.