Оказалось, что он вообще не следил за её жизнью. Её мать погибла, оступившись на лестнице за несколько недель до гибели Щеглова. Я попросил Орлова покопаться в этом деле, и он сообщил, что от неё избавились, когда она предприняла вторую попытку отравить главу рода. Оказалось, Меньшиков дал ей второй шанс, которым она не воспользовалась.
Когда я рассказал ему о судьбе Светланы и где её нашёл, он сказал следующее:
— Я отдал приказ касательно её матери. Возможно, ты прав и Света изменилась, но я не хочу рисковать. На моей памяти сестра всегда была очень мстительной особой.
Спустя пару недель я узнал, что род Солженицыных прервался. По официальной версии они проводили какой-то ритуал в своих катакомбах, и никто не выжил. И я не осуждал Меньшикова. Солженицыны со дня похищения держали детей Светланы на цепи, словно шелудивых псов.
Когда он вернулся, то попросил приехать к нему домой. По пути он рассказал эту историю, после чего я несколько часов занимался восстановлением здоровья мальчиков. Но, к сожалению, психологические травмы я лечить не умел.
В итоге Виктору пришлось вернуть Светлану домой. С того дня я перестал следить за её жизнью. Я сделал для неё и так очень много. И надеюсь, что когда-нибудь мы сможем встретиться как старые добрые друзья.
— Я так понимаю, раз ты подняла этот разговор, то думаешь принять его предложение? — спросил я у Эмери.
— Да, — честно ответила та. — Вначале помолвка и может через годик-два, поженимся. Дай Стихия, к тому времени закончится война.
— Большая война длилась почти тысячу лет, а в этот раз думаешь она окончится за два года? — скептично сказал я.
— Вот увидишь, так и будет, — с печалью сказала она. — Раньше, даже при поражении в генеральном сражении, армия победителей не всегда могла воспользоваться её плодами.
Чтобы не стать алым булыжником нам нужно было наладить производство артефактных медальонов, один из которых уберег Наталию от смерти. Однако это было очень сложно.