Потом можно просто самоубиться, и в счёт казны система даст новый комплект доспехов. Стирать это в любом случае бесполезно, душок точно останется.
Что примечательно, сбежавшие эльфы даже не смогли унести с собой свои пожитки. То есть, это было не отступление, а паническое бегство, и потому теперь в поселении оружия прибавится значительно.
Длинные луки, гружённые стрелами повозки, лёгкая броня. Правда, насчёт последнего ценность добычи спорна. Всё же ушастые — самые настоящие дистрофики. И потому их броня налезет, разве что, на гоблинов.
"Но даже так, это в любом случае выгодно как минимум потому, что всё снаряжение теперь для эльфов недосягаемо. Им придётся снова убивать множество зверей, чтобы заработать на новое. А это значит, что и строиться они в это время не смогут.
Ослабить врага — всегда выгодно. Даже если сам при этом не станешь сильнее, всё равно будешь в плюсе.
Да и сам Николай смог немного усилиться, всё же в атаку он рванул чуть ли не в первых рядах вместе с орками.
Те, кстати, убивали эльфов с каким-то особым остервенением. Разрубали на части, хватали за ноги и вбивали в дерево. И всё время, пока шло побоище, каждый из них рычал. Очень злобно и громко. Одного гоблина и вовсе застали, пукающим в лицо раненного эльфа… тот, кажется, язык откусил, чтобы побыстрее умереть.
— Ладно, через пару часов все эти следы пропадут, — махнул рукой мэр. — А пока собирайте ценное и тащите на площадь…
Сам он развернулся и пошёл в сторону города. Теперь там царили незабываемые ароматы «неуязвимости», но с этим должны справиться довольно быстро. Уже сейчас ремесленники вывозят телеги с землёй, на которую по неосторожности капнули пахучей жидкостью. Также источающих миазмы гоблинов отправили на обнуление. Иначе от вони попросту не избавиться.
Правда, многие из них решили просто так не отдавать свои жизни и отправились вслед за убегающими эльфами. Так, возможно, получится выследить ушастых и заодно получить немного Очков развития.
В общем, город ожил. Всюду кипела бурная деятельность как ремесленников, так и вояк. И даже при учёте того, что все сильнейшие бойцы ещё не вернулись из похода, на улицах было довольно многолюдно.
Лишь изредка из храма выходили все новые и новые бойцы.