Монморанс, директор театра, подлетел, сияя улыбкой.
– Как странно видеть вас не за кулисами, – засмеялся Кристиан, поздоровавшись.
– А что делать? – Монморанс скорбно поджал губы. – Вы-то к нам теперь и носа не кажете. Нам не хватает вашего внимания.
– Вернее – моих пожертвований, – хмыкнул Кристиан.
– А между тем у нас новая прима… Такой талант, такие ножки!
От этого безыскусного предложения завести новую любовницу-актрису Кристиан снова рассмеялся.
– Благодарю покорно, – язвительно отозвался он.
– Так, значит, слухи правдивы? Ваши вкусы разительно изменились?
– Слухи? – нахмурившись, переспросил Кристиан.
Монморанс, вдруг уверившись, что кошелек Кристиана для него теперь закрыт, подмигнул совершенно фамильярно.
– Да бросьте, Эрре, – ухмыльнулся он пошло, – ко мне забегала Адель, умоляла взять ее обратно. Она жаловалась на то, что вы бросили ее ради какой-то мрачной девицы с совершенно скандальной репутацией.
От такой интерпретации произошедшего Кристиан поморщился, но возражать было бы слишком унизительно.
Что ж, если Адель взялась за дело – значит, весь город уже чесал языки, обсуждая новое увлечение Кристиана Эрре. Бедняжка Берта.
Впрочем, если саму Лоттар ее репутация не беспокоила, то Кристиан и вовсе не собирался тревожиться на этот счет.
– Мне пора, – сухо проговорил он, заметив, что Ганс подает ему едва заметные знаки.
На улице его уже ждал неприметный экипаж, и, нырнув внутрь, Кристиан увидел Корбла.
– Что вам от меня понадобилось, Эрре? – брюзгливо спросил Корбл, но он всегда разговаривал в подобной манере, и Кристиан преспокойно разжег сигару, откинувшись на жестком сиденье.
Экипаж медленно тронулся. Корбл нервно сгорбился.
– Конрад Браун, – наконец заговорил Кристиан. – Смазливый и довольно никчемный тип, которого старикан Гё засунул в мою компанию.
– Браун?.. – Корбл сдвинул брови, вспоминая, и это не слишком воодушевило Кристиана. У старикана что, целая армия шпионов в «Эрре и сыновьях»? Куда смотрит Гаррель?
– С кудряшками, – холодно подсказал Кристиан.
– Ах да, малыш Конрад. Вы правы, совершенно никчемный тип, – и Корбл замолчал, явно сочтя тему исчерпанной. Кристиану захотелось наступить ему на ногу, чтобы вывести из рассеянной задумчивости.