От обоих магов так повеяло горем и безнадежностью, что Тая засомневалась в верности того диагноза, что сама предварительно установила Миллисе, — у рыжеволосой девушки маги наверняка обнаружили что-то очень серьезное наподобие неоперабельного рака, раз даже не пытаются хоть что-то предпринять для ее излечения.
Барон Лерен молча подхватил дочь на руки и широко шагнул в очередной портал, по полу прозвенел использованный амулет телепорта.
— Что с ней?
— Катирома, — столь же тихо ответил Тегран.
Учитель сдавленно горестно охнул, а лица Ларины и Селии плаксиво скривились — девушки дружно всхлипнули, по их щекам потекли слезинки.
Одна Тая впала в полную растерянность: «катиром» в этом мире именовали аппендикс и логично было предположить, что «катирома» — это обычный аппендицит, как с самого начала и подумала Тая. Она тронула Теграна за рукав и спросила, пока учитель географии, тяжко вздыхая, сообщал об отмене занятия:
— Почему Милли не отправили в больницу?
Тегран посмотрел на нее с некоторым недоумением и сказал:
— Вижу, в изучении медицинской литературы вы еще не добрались до тоненькой брошюры, посвященной смертельным неизлечимым заболеваниям, ваше высочество, — катирома возглавляет их список.
У Таи открылся рот, и ей пришлось приложить усилие, чтобы его закрыть. Не обнаружив в огромных справочниках упоминаний о неизлечимых болезнях, она совершенно ошибочно пришла к выводу, что таковых в этом мире нет! Оказывается, магия могла излечить не все болезни, но смертельные заболевания рассматривались в отдельной литературе! Ей такое в голову не пришло, она специально из всех учебников выбирала самые объемные, чтобы точно ничего не упустить в своём погружении в чуждую медицину, а тонкие книжки она сочла узкоспециализированными монографиями, оставив их изучение на потом.