— Мы ведь уже договорились, что наш брак состоится по взаимному согласию, так что отменяй функцию артефакта на своем кольце!
Некромант замедлился с ответом и Тая подозрительно прищурилась:
— О чем не договариваешь, дорогой женишок?
Кайл хохотнул, крепче прижал ее к себе и смущенно признался:
— Видишь ли, знать, что невеста в любой миг может расторгнуть помолвку, но не делает этого, поскольку твоя жизнь ей небезразлична, куда приятнее, чем постоянно подозревать, что она вынужденно сохраняет связь с тобой.
От этих слов Тае захотелось утопить жениха в своей нежности, чтобы он понял, насколько он ей небезразличен! Что ему нет нужды доказывать себе это таким образом! Но раз ему приятнее каждый день убеждаться в добровольности ее выбора, ощущая их связь, то пусть будет так.
— Тебе нет нужды подозревать и сомневаться: я помолвку не расторгну и за другого замуж точно не пойду.
Тая подняла взгляд на жениха, не скрывая своих трепетных чувств к нему. Кайл задохнулся, на миг зажмурился и склонился к губам невесты…
Тае казалось, что она растает, настолько нежным, ласковым, любящим получился ее первый поцелуй с Кайлом.
Кайл оторвался, судорожно выдохнув, и осторожно прижал палец к полураскрытым губам невесты:
— Стоп! Делаем паузу в два года! Сбереги все остальные поцелуи на этот срок и никому — слышишь, никому! — их не отдавай!
— Запру их в королевской сокровищнице, — пообещала шальная от счастья Тая.
Какой он наивный, что верит в эти два года! Один год и ни секундой дольше проведут под замком ее поцелуи! И этот год показался ей совсем незначительным промежутком времени, он пролетит одним мгновеньем, особенно под таким горячим взглядом черных глаз, в которых открыто плескались нежность и любовь.
«Мой! Ты мой навсегда, ты раскрыл все свои истинные чувства, когда поставил моё право на выбор выше собственной жизни, — улыбалась Тая, нежно проводя пальчиками по лицу своего мужчины. — Только я не дам тебе совершать глупости, поскольку твоя жизнь для меня ценней собственной».
— Мой! — не удержала она счастливый шепот.
— Твой и только твой, со всеми потрохами, — согласился Кайл.