– Видимо, твой пробуждающий шар не заорал мужским голосом посреди лекции по общей магии.
– Зачем ты взяла на занятия шар? – искренне удивился Гаррет. – Засыпаешь?
– Прикончу, Ваэрд! Возьму и прикончу тебя! – процедила я сквозь зубы, выуживая из сумки злосчастный артефакт, и бухнула его на исписанный до половины лист.
Шар покатился по крышке, сорвался с края и упал в подставленные ладони северянина.
– Чтобы к вечеру он снова кукарекал! – приказала я.
– Как прошел вчерашний девичник? – спросил Ваэрд, крутя сферу в руках.
– Уверена, Илайза уже прислала тебе длинный и подробный отчет, – отозвалась я и поставила перед ним термос: – Бурда, которую вы здесь называете кофе. Черная, несладкая.
– Спасибо.
– Не за что. Цени и наслаждайся!
– Получу удовольствие от каждого глотка, – с широкой улыбкой пообещал он.
Я собралась уйти, даже спустилась на ступеньку, но все равно вернулась. Все-таки Норсент превращает меня в бесхребетную идиотку! Вытащила из сумки маленький бумажный пакет с простеньким перекусом и положила рядом с термосом.
– Это хрустящий картофель из Шай-Эра. Не знаю, любишь ли ты острое, но уверена, что позавтракать не успел. – Я сердито поправила сумку на плече и бросила напоследок: – Удачи! И никаких монологов в моем пробуждающем артефакте!
– Тебе не нравится мой голос?
– Нравится! – неожиданно даже для себя рявкнула я, смущенно огляделась по сторонам, осознавая, что на нас без стеснения смотрят, и сдавленно добавила: – Но утром я предпочитаю слушать птичье пение.
– Он кукарекал, – с трудом сдерживая смех, напомнил Гаррет.
– А петух, по-твоему, не птица?!
Перед занятием по диалекту я нервничала и на последних секундах пыталась повторить вызубренные накануне слова. Как водится, если что-то долго учить, то в итоге вообще ничего невозможно вспомнить.
Вместо столбиков глаголов, написанных моим, прямо скажем, не самым аккуратным почерком, перед глазами стояло улыбающееся лицо Гаррета. Яркая фантазия не позволила сосредоточиться на важных вещах.
– Учишься, зубрилка? – раздался над макушкой знакомый голос.
С туманным взглядом я подняла голову и обнаружила Гаррета во плоти. В голове вдруг что-то щелкнуло, окончательно выбивая последние знания. В груди ухнуло, а сердце забилось с частотой, несовместимой с жизнью.