И потому, когда появляется вариант куда более простого заработка, многие соглашаются, ни капли не переживая о последствиях для других людей. Главное — сохранить свою шкуру, и желательно, чтобы эта шкура была в тепле и уюте. А то, что из-за этого другие могут умереть в страшных муках — не проблема.
Стоит деньгам мелькнуть на горизонте, и такие вещи, как клятвы, обещания и совесть отступают на второй план. А на первом появляется жажда наживы.
И вот сейчас я наблюдаю как раз такой момент. Причем даже мне неприятно видеть такое, хотя меня особо впечатлительным точно не назовешь.
"— Дядя… — едва слышно проскулил обмотанный грязными бинтами худощавый пацан. — Ты же лекарь? Появились уже лекарства? — простонал он. — Я не прошу артефакты исцеления. Дайте хотя бы отвар какой-нибудь… Простите, что отвлекаю вас, просто у меня рука очень болит.
Он перепутал меня с местными изуверами. Точнее, как их тут называют — целителями и врачевателями. Думает, что я здесь работаю. Он лежал на грязной тряпке, расстеленной на полу, и не мог даже подняться на ноги.
Присел на корточки и влил немного энергии, чтобы боль мгновенно отступила. После чего незаметно для окружающих принялся за лечение, ведь иначе он не доживет до следующего утра. Его просто тут бросили, и оставили умирать, не оказывая никакой помощи.
В этом месте я оказался совершенно случайно, когда в очередной раз гулял по городу и любовался местной древней архитектурой. Но в какой-то момент почувствовал мощнейший запах болезней и смерти.
Не смог удержаться и решил проследить, откуда доносится этот энергетический аромат, и вскоре вышел к одному довольно крупному зданию, что расположилось на самых окраинах города. А над входом красовалась яркая надпись «лечебница».
Количеству некротики может позавидовать наш Некрополь, даже при учете того, что там бывала Предвечная. Но у нас некротика куда чище здешней. Если неодаренный заглянет в Некрополь и решит там прогуляться, поглазеть на некротические руны, он получит некоторую дозу энергии смерти. Да, ему станет плохо, но, скорее всего, он выживет. Если его не засекут костяные стражи, разумеется.