После первого залпа, весь лагерь наемников накрыло огнем, но в наступление мы переходить не стали. Защитник держится прекрасно, к клеткам с детьми никто не может подойти и на двадцать метров. А кто осмелится — сразу отправляется в полет в виде мешка с переломанными костями. Нур-галл с такими даже не церемонится, ему только дай повод кого-нибудь защитить.
Белмор тем временем закончил со своим заклинанием, и совместно с Мирой отправил некротического элементаля, приправленного силой смерти. Давно таких не видел, всё же элементалей обычно создают маги других стихий.
Устрашение — тоже очень важная часть войны. Все хотят жить, и пока противник думает, что у него есть на это немалый шанс, он остается опасен.
— Ладно, — махнул я рукой, поняв, что атаковать нас больше никто не будет. Так, глядишь, скоро разбегутся по лесам, и потом попробуй их найди. — Черномор, командуй атаку. Только Нурику не говори, он пусть и дальше защищает.
Рации мы пока не модифицировали, потому передавать информацию другим отрядам, что должны напасть на врага с тыла, пришлось по старинке.
— Урур! — Курлык взлетел повыше, завис над лагерем, и вдохнув полной грудью воздух, поднес лапкой к клюву рог. После чего подул в него изо всех сил, оповещая наши силы о начале атаки.
***
Мизур, младший из пяти сыновей влиятельного купца города Тирея, всю свою жизнь шел дорогой приключений. Несмотря на возможности своих родителей, он с юных лет практиковался в применении своего Дара и владении оружием. А стоило достигнуть самостоятельного возраста, сбежал из дома и отправился в дальний поход с группой таких же авантюристов, как он, оставив свою прежнюю беззаботную, но главное, скучную жизнь позади.
И эта новая жизнь была ему по душе куда больше прошлой. Там нужно было носить маски, улыбаться тем, кому стоило бы вонзить кинжал в брюхо, и главное, нельзя было быть собой.
Зато теперь, оглядываясь назад, Мизур с насмешкой вспоминал поучения отца. Надо учиться, становиться умнее, наращивать богатство.