Останавливаться на этом я и не подумал, потому не успел он опомниться, как по шее его полоснул клинок. На этот раз покров рассыпался, и кровь брызнула фонтаном на еще двоих пиратов. Те бежали как раз на меня, и их облило с ног до головы. После чего они увидели мою улыбку. И сияющую кровавую руну, что в последний момент вспыхнула, заставив кровь на них воспламениться.
Крики боли, страха, выстрелы, ругань на незнакомом мне языке. Всё смешалось в единый гул, но я не обращал на это никакого внимания. Носился по полю боя, врывался в толпы врага и творил свою магию.
— Ты сдохнешь, сын собаки! — впервые за время боя услышал родную речь. И пусть эти слова были произнесены с жутким акцентом, но всё равно приятно.
Говорил кто-то из их главных. Это понятно, как по одежде, так и по ауре, исходящей от него. Высокий крупный загорелый мужчина, ранг, пожалуй, четвертый, вытянул в мою сторону свой изогнутый клинок, обнажив золотые зубы в кривой ухмылке.
— Ты мне? — уточнил у него, отчего тот сразу перестал улыбаться.
— Да! — рыкнул он.
— Или ему? — указал на Черномора. Старик как раз с диким рёвом размахивал своим огромным тесаком, не забывая при этом запускать метательные ножи во всех подряд.
— Нет, тебе! — он с опаской покосился на старика. — Ты сын собаки!
Даже немного обидно. Впрочем, люди часто обращают внимание не на то, что нужно, когда выбирают себе противника. Закончив с разговорами, вражеский командир ринулся вперед и стал размахивать заряженным энергией воды клинком.
"Командир подбежал ко мне и взмахнул мечом, с кончика которого в меня ударил водяной хлыст. Я же успел пригнуться, пропустив заклинание над головой, и ринулся вперед, прямо на ходу создавая руну кровавого щита. Благо, начал ее создание заранее, ведь стоило подобраться ближе, как в левой руке пирата показался короткий кинжал. Им он пытался подловить меня, думая, что все мое внимание сосредоточено на загнутом мече.