Да, нужно шагать дальше, да, у меня есть дела, но вместо этого я вдруг оказываюсь в гостиной, беру пульт от телевизора.
На экране появляется новостной канал.
Прямо на меня глядит ведущая с блестящими каштановыми волосами и помадой, которая ей не идёт. Она говорит: «Полиции передана предсмертная записка пилота, чьё решение свести счёты с жизнью привело к авиакатастрофе в Тарроке».
Тесси, не смотри, не надо.
Поздно.
Сажусь на краешек дивана.
Какой-то эксперт – читает лекции по безопасности в авиатранспорте – рассказывает, что неправильно сделала авиакомпания, но я слушаю вполуха.
– Самолёт вылетел из Лондона по расписанию. Однако, как нам известно из записей разговоров пилотов в кабине, – рассказывает лектор, переводя взгляд с ведущей на камеру, будто не зная, куда смотреть, – командир воздушного судна всего через несколько минут после взлёта попросил второго пилота принести ему таблетки – якобы у него болела голова – и остался в кабине в одиночестве.
– По правилам, может ли второй пилот покидать кабину в ходе взлёта?
– Нет. Согласно Правилам воздушных перевозок, на протяжении всего полёта в кабине должны находиться два человека. Поэтому Управление гражданской авиации и признало компанию виновной в преступной халатности. Второй пилот должен был заподозрить неладное: ведь куда проще попросить другого члена экипажа достать обезболивающее из бортовой аптечки.
"– Нам также известно, что всего за месяц до катастрофы, – подхватывает ведущая, – врач отправил КВС – Филипа Кёртиса – на больничный из-за стрессового состояния.
В ушах громко, быстро стучит сердце. Ведущая и лектор всё еще бормочут что-то о халатности и самоубийстве, но я уже знаю, что сейчас будет.