Игра по-крупному

Знакомые фамилии заводских начальников встречались чуть не на каждой странице. В полиэтиленовом пакете лежало пять круглых печатей. На самом дне покоилось несколько пачек денег – рублей и долларов, а так же конверт с фотографиями. Мужики, иногда с бабами, иногда почти голые. У столов, заставленных бутылками, на лоне природы, на фоне пальм и лазурных пляжей, Эйфелевой башни и изящных азиатских храмов. И опять масса знакомых лиц. Ничего не скажешь, умеют жить начальники.

Денег он насчитал двадцать тысяч рублями и пятнадцать тысяч долларов.

После некоторого размышления Вовец решил, что это его законная добыча. И спрятал в рыбацкой кладовке в старый валенок. Так закончилась суббота и началось воскресенье.

* * *

Он поехал в город с Адой. Надо было домой заскочить, позвонить бывшей жене, узнать, как там Олежка поживает, как отдыхает в деревне у её родителей, не надо ли ему чего. А ещё надо проявить пленку. Он всю её израсходовал на своих новых приятелей, чтобы ради одного кадра не проявлять. В центре города имелся сервисный пункт ""Коники"", работающий без выходных.

Вовец сдал пленку и заплатил двойной тариф за срочность. Заодно заказал десять отпечатков первого кадра. Так, на всякий случай, даже не зная, что там ночью попало в объектив.

Потом отправились к портнихе, траурное платье подгонять. Это продолжалось больше двух часов, и Вовец смог ещё поспать в машине. Потом Ада повезла его обедать в ресторан. Последний раз в ресторане Вовец был лет пятнадцать назад и сохранил об этом визите самые отвратительные воспоминания.

Сейчас его поразила вышколенность официантов, разнообразие и великолепное качество блюд. Но больше всего поразили цены. Он на эти деньги мог бы спокойно кормиться полмесяца. И это без выпивки!

После обеда Ада снова привезла его в центр, чтобы получить проявленную пленку и фотографии. Сидя в машине по пути к ней домой, Вовец открыл фирменный конверт и взглянул на снимки. В кадре были двое. Один, молодой парнишка в камуфляжном костюме, замер, отпрянув назад и всплеснув руками, словно хотел закрыться от фотовспышки.

В правой руке он держал какой-то металллический инструмент. Полированная поверхность металла отразила яркий свет и над рукой зафиксировался только блик, световое пятно. Можно только предполагать, что это был нож.

Позади парнишки виднелся ещё один человек. Широкоплечий, в черном мундире с портупеей, в берете, надвинутом на лоб. Лицо почти квадратное, толстая борцовская шея. На вид лет тридцати пяти.