Завертела головой, пытаясь сообразить, откуда доносится разговор, затем уверенно повернула к гостиной, где, собственно, и отыскала нужную мне особу.
Дора со всем удобством расположилась в одном из кресел. На столике рядом высилась початая бутылка вина и бокал, доверху заполненный тягучей алой жидкостью. Артемия, сидящая напротив, держала в руках чашку чая. Видимо, помнит о недвусмысленном предупреждении Себастьяна, но компанию Доре составить хотелось, вот и выбрала столь безобидный напиток.
— Добрый день, — вежливо поздоровалась я, остановившись на пороге.
Артемия кивнула, отвечая на приветствие. А вот Дора предпочла демонстративно меня не заметить. Она гордо задрала нос и принялась пристально изучать что-то на противоположной стене, даже не посмотрев в мою сторону.
Я озадаченно вскинула брови. Это еще что за представление? Неужели Дора обижается на меня за побег?
— Я вам не помешаю? — прохладно осведомилась я, буравя взглядом затылок компаньонки, сидящей вполоборота ко мне.
Артемия пожала плечами.
Негромко цокая каблуками, я подошла ближе. Встала совсем рядом от Доры и выжидательно скрестила на груди руки.
— Пожалуй, я оставлю вас. — Артемия спрятала в уголках губ понимающую усмешку и поднялась. — Полагаю, вам есть о чем поговорить.
— Ошибаешься, — пробурчала Дора, однако осталась сидеть. — Мне с этой пигалицей нечего обсуждать.
Артемия как-то странно хмыкнула, но больше ничего не сказала, отправившись к двери. Через пару мгновений мы с Дорой остались наедине.
— И что все это значит? — без предисловий начала я и передвинулась так, чтобы оказаться прямо напротив насупленной компаньонки. — Ты на меня обижаешься?
Дора что-то неразборчиво буркнула себе под нос и еще выше задрала нос, не снизойдя до ответа.
— И почему ты на меня злишься? — раздраженно спросила я.
Как и следовало ожидать, Дора вновь проигнорировала мой вопрос.
— Слушай, ну что ты как маленькая! — Я расстроенно всплеснула руками и села в ближайшее кресло.
Видимо, это послужило последней каплей в долготерпении моей верной компаньонки. Она подпрыгнула от негодования, вытянула в мою сторону дрожащий от злости указательный палец и препротивно взвизгнула:"
"— Ах, не понимаешь?! Триша, как по-твоему, что я должна была подумать, когда ты сбежала? Вот так вот просто — взяла и сбежала, бросив меня на произвол судьбы!
— Вообще-то я спасала свою жизнь, — резонно возразила я.