— И я предпочитаю, чтобы при этом ты была где-нибудь поблизости. Как я уже сказал, мне так будет спокойнее.
— Но я не могу надолго оставить салон! — Я раздраженно всплеснула руками. — А как же мои клиенты? У меня на неделю вперед все расписано!
— Откажешь всем, — парировал Себастьян. — Соври, к примеру, что заболела и не в силах встать с постели. Сейчас зима, простуды — обычное явление. Естественно, денежные потери я тебе компенсирую.
— А Дора? — не унималась я. — Она же с ума сойдет от волнения, если я не приеду ночевать сегодня!
— Вообще-то я подумал, что тебе будет неудобно иметь дело с Артемией, учитывая твои с ней непростые взаимоотношения, — ответил Себастьян.
— Все предусмотрел? — ядовито осведомилась я, крайне недовольная тем, с какой легкостью он отметает все мои законные возражения.
— Ага. — Себастьян радостно заулыбался. — Правда, я молодец?
Я предпочла не отвечать на столь провокационный вопрос. Уставилась было в окно, пытаясь сообразить, как же надлежит поступить. Затем вновь повернулась к Себастьяну, вспомнив одну вещь, которую хотела у него спросить с того самого момента, как обнаружила у порога комнаты отдыха тело Агюста.
— Кстати, а где все это время был Янор? — поинтересовалась я. — Если он должен был охранять меня, то почему не видел, как убивали Агюста?
— Тяжело объяснить.
Говоря откровенно, я мало что поняла из этого. При чем тут прямая угроза моей жизни и использование магии? По-моему, чтобы защищать человека, просто надо быть постоянно рядом. Но я не стала продолжать расспросы. Да и не успела бы. В этот момент карета остановилась, и наше путешествие подошло к концу.
Признаюсь честно, я все еще немного трусила заходить в дом Себастьяна, памятуя о том, какое страшное чудище скрывается под обликом его строгой служанки. И тем большим было мое удивление, когда на пороге нас встретила непривычно веселая, разрумянившаяся Артемия.
— Добрый вечер, — поздоровалась она первой, принимая у меня шубку. — Рада видеть вас вновь.
Я сдавленно кашлянула, чувствуя в столь теплом приеме некий подвох. Даже Себастьян насторожился.