То, что за жену испугался – понятно и вполне объяснимо. Хотя уж кому, как не Мише, работнику СМИ, который в следственных и юридических тонкостях порой разбирается не хуже бывалых сыскарей, знать, что Ольге, по сути, ничего не грозит. Она не была соучастницей или организатором. Ну разве только то, что не сообщила куда надо о совершенном преступлении, но по закону никто не обязан свидетельствовать против себя и своих родных."
"А вот то, что Михаил пытался обвинить ухажера сестры, Гуров мог объяснить только личной неприязнью, которая, вероятно, была ну очень сильной.
– Ольга Александровна, ваш муж волновался совершенно напрасно, – озвучил свою последнюю мысль сыщик. – Уж вам-то точно ничего не грозит, поверьте.
– Несмотря на то, что я обо всем знала?
– Даже несмотря на это.
– Да я больше не за себя переживаю, а за Олега. Его ведь посадят.
– Это неизбежно. Какой-никакой, но срок он получит. И на условный вряд ли может надеяться.
– Я понимаю. Но все-таки можно будет увидеться с Олегом? Дядя Леша тоже бы хотел.
– Не знаю, – честно ответил Гуров. – Узнайте у следователя. Может, и разрешат.
– Спасибо.
– Еще такой вопрос… Что вы сказали Олегу, когда он рассказал вам про убийство?
– Я предложила ему признаться самому во всем.
– И он согласился с вами?
– Поначалу нет.