И работать с ним тоже хорошо.
– Ну вот и славно.
– Дядя Стасик, – журналист немного помялся. – А если я к вам обращусь, не пошлете куда подальше?
Сыскарь улыбнулся:
– Миша, я же тебе сказал: обращайся, если что. Чем сможем, как говорится, поможем. Да и тебя я давно знаю. Ну а что касается твоего поклепа на Винницкого… Кто из нас глупостей не делал?
– Ладно, – улыбнулся Спивак. – Уж за это простите, если что.
– Прощаю, Миша. Но помни, что я тебе сказал."
"Они распрощались и разошлись. По пути домой майор думал обо всей этой истории.
* * *– Ну как, поговорил вчера с Мишей? – поинтересовался Гуров на следующее утро.
– Поговорил, – кивнул Крячко. Он налил себе утренний чай перед планеркой и сел за стол.
– Судя по всему, удачно.
– А как иначе? Про убийство он, само собой, знал: супруга поделилась.
– А Винницкого решил просто подставить из личной неприязни?
– Не только. Там, Лева, сам черт ногу сломит в этих семейных отношениях. Мишенька всерьез думал, что крупно поссорит Ритку с ее сердечным дружком, а заодно и избавится от мерзкого жулика в их семейке. Не любит он этого Ленечку просто жуткой и сильной ненавистью. А сестренку младшую все еще пытается опекать на правах старшего брата. Но, что само собой ожидаемо, не прокатило.
– Да глупости все это, – поморщился Лев Иванович.
– Вот, я того же мнения. Уж если говорить откровенно, Мишаня со своим поклепом мог бы и сам под статью попасть. У нас уголовную ответственность за клевету и ложные обвинения не отменяли.
– Ну, это в том случае, если бы Винницкий знал про этот мухлеж. Хотя не факт, что он побежал бы жаловаться. Скорее махнул бы рукой да посмеялся. В худшем случае, мог бы устроить Мише какую-нибудь другую мелкую пакость.