– Маш, ты чего? – поинтересовалась я, отодвигая рабочий планшет в сторону.
– Ох, как-то неспокойно мне.
Значит, слухи, которые передавались из уст в уста в компании уже несколько дней, были правдивы. Жаль, что все так получалось. Маша мне очень нравилась.
Я поднялась из-за стола, отошла к небольшому комоду, на котором стоял кувшин с водой, и вскоре уже протягивала ей прозрачный стакан. Вода навряд ли помогла бы, но это большее, что я могла сделать.
– Держи. Попей. И не накручивай себя.
Маша подняла глаза на меня и, поблагодарив, приняла стакан.
– Рассказывай.
Я вернулась за стол и сложила перед собой руки. Мягко улыбнулась, ожидая, когда Маша расслабится и поделится со мной всем, что ее беспокоит. Выдохнув, она улыбнулась в ответ и поведала последние новости, которые я упустила.
– Я была у Мирославы. Там тоже никто не в курсе, зачем нам еще одна единица. – Пожала она плечами. – Вроде как справляемся своими силами.
Я хмыкнула, покачав головой.
– Она племянница. – Все было слишком очевидно, чтобы продолжать заблуждаться."
"– Да, пожалуй, это многое решает, – скептически отозвалась Маша, закатывая глаза. – Знаешь, мне кажется, Аристарховна под меня копать будет.
– Ну вот, – я всплеснула руками, – приехали.
– Я с Еленой не первый год работаю, – потерев виски, произнесла Маша спустя секундное замешательство, и взглянула на меня.
Я подобралась и прислушалась. Врагов в коллегах не видела, но все же стоило знать тех, кто играет не по правилам. Даже в Америке, когда я работала в клинике, встречались те, кому я была не по нраву, и лишь Терри, будучи «своим», выручал меня. Но после нашего расставания я потеряла не только того, кого полюбила, но и поддержку его семьи.
– У нее отлично выходит работать по принципу «пряник-кнут». – Маша продолжала рассуждать о своей начальнице. Вздохнув, она сказала: – В общем, так она дает понять, что будет строго лишать меня всего, что я зарабатываю. Знаешь, Эмм, я отчасти понимаю её.