Воин оценивающе посмотрел на меня.
– Уверен?
– Так точно.
– Лады, тогда я тоже на тебя поставлю. Не подведи.
И вот теперь, после боя, Эрик так радостно хлопал меня по плечам, что я с тревогой посматривал на нагрудник, не продавился ли металл?
– Пять сотен как с куста! Братуха! Ты молодец! Кто там у нас следующий?
А вот тут мы погрустнели. Теория вероятностей, капризная девка, свела нас с одним из фаворитов турнира – хорошо прикинутым воином шестьдесят третьего. Парень был раскачан как дамагер, в руках держал два клинка, и соваться к нему в ближний бой явно не стоило.
– Какой курс?
Эрик меня понял правильно.
– Семь к одному.
В чью сторону я переспрашивать не стал.
– Поставь на меня двести, в худшем случае останусь при своих.
Эрик почесал пятерней непокорные кудри, затем рубанул воздух рукой.
– Уболтал, красноречивый! Я так же поступлю, пять сотен на тебя. Не смей сливаться!
Ступил на песок арены и словил какое-то дежавю. То ли в прошлой жизни я так вот сражался гладиатором, то ли фильм какой засел в подкорке.
Воин был хорош. Судьи немного задерживались, пересчитывая стоимость его экипировки, что-то им там не понравилось. Наконец воину надоело, и он сорвал с себя несколько колец и бросил их своему помощнику.
– Минута! – раздалась судейская команда."
"Воин остался стоять неподвижно, а я выдал за тридцать секунд все возможные бафы на пета, повесил на себя оба щита и торопливо уселся на арену – отмедитирую хотя бы соточку маны. Уже сидя на припекающем песочке, вызвал маунта. Глаза воина сузились. Не ожидал, родимый? Гонг!
Воин рванулся вперед.