– Мне так и не удалось встретить того «злого» Рэя, хотя я отчаянно пыталась отыскать его в тебе.
Она оказалась так близко, что я почувствовал не только аромат ее парфюма, но и запах ее кожи. Это сносило все барьеры, я не мог противостоять ей, как бы ни пытался. Мой мозг упрямо твердил, что она предательница, которая использовала меня в своей игре, но сердце призывало умолять ее воспользоваться мной снова и надеяться, что это продлится как можно дольше.
– И отвечая на твой вопрос, правды между нами было гораздо больше, чем лжи.
Я мрачно усмехнулся, желая скрыть от нее свет, что пробивался сквозь гранитные плиты и тянулся к ней. Надежда во мне не утихала ни на секунду.
– Знаешь, Стоун, скажи ты мне прямо, что нуждаешься в помощи, даже при условии, что мы не спали, я помог бы тебе.
– Теперь я это знаю. – Кирби вскинула уголки губ в вымученной улыбке. – Просто хочу, чтобы ты знал, мои слова на пляже тоже не были ложью, я действительно считаю, что ты не просто красивое лицо, ты крутой хоккеист.
Очевидно, все, кроме Уэббера, ведь ублюдок все же добился своего. Он выживает меня из клуба. Никто не знал об этом, но в процессе дедлайна[1]меня обменяют в Колорадо, на мое место придет какой-нибудь средний нападающий, а еще в команду прибудет племянник Уэббера, который с подачи любимого дядюшки встанет на мое место. Да, у парня неплохие данные, он делает успехи, но он еще слишком молод, чтобы ставить на него. Молодые игроки нестабильны, это похуже дерьмовой репутации.
– Послушай, нам не обязательно становиться друзьями, но я хотела бы объявить перемирие. Не избегай своих друзей из-за меня. Мы взрослые люди и сможем находиться на одной территории без последствий.
Она подошла к креслу и взяла свою сумочку.
– Пойду разомну ноги.
– А я думал, досмотришь свой любимый фильм.
Кирби снисходительно покачала головой:
– Я не люблю мелодрамы.
Конечно.
Я самодовольно усмехнулся, на что она высоко вскинула брови и, выудив из сумки телефон, затараторила, чтобы перевести тему:
– Я могу взять тебе кофе, если ты хочешь. Эва говорила, что соскучилась по мокко с двойной порцией сиропа, мне все равно по пути, поэтому…
– Не делай вид, что любишь солнце, Кирби, я видел, как ты танцуешь под дождем.