И он мне это позволил, расцепив пальцы и оглаживая ягодицы. Я впилась руками в его голову и подняла его лицо к себе, целуя глубоко, жадно, яростно. Так, как горело все мое тело в нестерпимом желании прикосновений его губ и рук. Низ живота тянуще заныл, намекая, что не против и других частей его тела. Дыхание сорвалось, воля исчезла, мой мир тонул в безумии.
Он помог оседлать его, расстегнуть свою рубашку. Я инстинктивно двинула бедрами прижимаясь теснее к его паху и чувствуя сильнейшую эрекцию. Низ живота уже не просто ныл, а требовательно болел.
Голову у меня сорвало окончательно и я никак не могла сообразить, что готова отдаться ему прямо сейчас, в центре города ночью в его машине припаркованной на остановке. Трель звонка его мобильного с трудом перекрыла набат бешено бьющегося сердца у меня в ушах. Антон, зло чертыхнувшись, отстранился, бросил взгляд на экран, закатил глаза и отклонив звонок, бросил телефон на приборную панель.
- Зимин! — досадливо рыкнул он, пытаясь удержать меня, порывающуюся соскользнуть с его колен на свое сидение. — Если ты звонишь мне сейчас по какой-то хуйне, я приеду и набью тебе морду за это!
Я все же сбросила его руку, и села на свое место, дрожащими пальцами пытаясь запахнуть растерзанную блузку и обзывая себя идиоткой.
- Это где?.. А ты знаешь про существование такси?.. Да, блять, сложно! Непонятно было, когда я первый раз звонок отклонил?.. Господи, зачем вы поехали туда на машине, если оба планировали бухать?.. — Антон фыркнул, и отняв ладонь от глаз, окинул мой потрепанный вид довольным взглядом и непристойно улыбнулся.