— Что? — немного пьяно спросила девушка, наконец поднимая на меня взгляд.
— Ты говоришь мне, что она тебе сказала, и если это правда — хорошо, если ложь — я дам тебе знать, что не поверил. Начнем. Что она тебе сказала?
— Спрашивала про Сати.
— Не верю, Лина. Ты уже пытаешься мухлевать.
Нырнул ладонью назад, накрывая мягкую ягодицу и чуть сжимая ее пальцами, давая понять, что игра уже началась и провести меня не удастся.
— Еще одна попытка.
— Герд, она правда…
— Лгунья, — перебил девушку, запуская пальцы ей под белье.
Удостоив меня красноречивым взглядом, Лина задышала тяжелее, чем раньше, и к ее молочной коже прилила возбужденная краснота. Мягко поглаживая подушечками пальцев нежные местечки, спускался все ниже, и в конце резко рванул вперед, сразу же чувствуя выступившую на сладких складочках влагу.
Лина вздрогнула и разомкнула розовые губы, глядя на меня как на чудовище и искусителя одновременно. Рисуя спирали на желанном входе в ее горячее тело, с восторгом и трепетом ощущал, как набухает бугорок, и девушка от моей ласки начинает мелко подрагивать.
— Герд… Не надо здесь, прошу.
— Скажи правду, и я прекращу.
— Великая Богиня!.. — горячо выдохнула она, со свистом втянув воздух, стоило пальцами проникнуть в сокращающийся и жаждущий вход.
— Говори, Лина.
Костяшками пальцев чувствовал, как мучительно сокращаются мышцы нежных стенок.
— Она… — задыхаясь, прошептала девушка, закрывая глаза, и, тихонько застонав, прикусила губу.
— Да-а-а?
— Она… Предлагала мне…
— Ну же, Лина? — наклонился к ее сочным губам, зависая в миллиметрах от поцелуя. — Что предлагала?
Пара зашипела, хватаясь пальцами за мои плечи, и выгнулась, позволяя брать ее пальцами еще глубже, но я притормозил, заставляя девушку мучительно застонать.
— Что?"
"— Вернуть меня домой, — наконец призналась Лина, от бессилия роняя лицо на мою грудь и впиваясь ноготками в руки.
— Здесь теперь твой дом, любимая.
Совершив пару поступательных движений, с голодным восторгом ощутил, как побежала смазка по ладони, как начали сокращаться измученные ожиданием удовольствия стеночки, и Лина, взвыв мне в рубашку, застонала, закрывая рот ладонью.
Дождался, пока она отдышится, и проглотил собственное желание, обещая наверстать позже, ведь Маркус приближался к нашему укрытию и, судя по скорости походки, — с новостями.