Негоже в таком виде появляться перед госпожой.
И вновь воспоминание о горячих руках альфы и его втягивавшем мой запах носе возникли в памяти. Прогнав постыдные мысли, я прошла за Тирой в смежную комнату, в которой обнаружилась большая лохань и подогревающиеся на огне ведра с водой.
Вымывшись, я облачилась в грубое домашнее платье служанки и заплела волосы в толстую косу.
— Госпожа ждет, — ехидно произнесла появившаяся Ирма.
— Пойдем, — сказала Тира, велев Ирме: — А ты пока уберись в купальне.
Увидев, как вытянулось лицо Ирмы, я тихонько хмыкнула.
Я вошла в богато обставленную комнату. В парчовом кресле у стола сидела красивая статная женщина в изысканном платье с вышивкой. Черные волосы, белоснежная кожа, царственная осанка, — настоящая королева. Вот только глаза холодные, словно зеленое стекло. За креслом стояли еще двое, судя по одежде, фрейлины. А может и служанки, возвышенные до их положения.
— Госпожа Латиса, это Лина, — представила меня Тира.
— Селина, — поспешила я поправить.
Мать альфы чуть приподняла черную бровь.
— Можешь идти, Тира, — кивнула она, мне же велела: — А ты, девушка, подойди ближе.
Я сделала шаг и замерла под ее испытующим взглядом.
— Мой сын сказал, что нашел тебя в лесу. Что ты там делала?
— Пыталась избежать рабства. Меня обманом привезли в Вольфторн. Я хочу вернуться обратно.
— Для девицы низкого происхождения ты довольно хорошо говоришь на нашем языке, — снисходительно заметила Латиса, делая знак фрейлине, чтобы та наполнила высокий хрустальный кубок вином.
— Мой отец судья. Я из знатной семьи, — процедила я. — Я наследница богатого состояния. Моя семья даст хороший выкуп, только позвольте отправить им весточку.
Про то, что весточку придется отправлять жениху, я решила не уточнять.
— Это не имеет значения. Попав сюда, ты потеряла все. Твоя жизнь теперь в руках моего сына, а когда его нет в замке — в моих, — отрезала Латиса, пристально вглядываясь в мое лицо и будто пытаясь в нем что-то разглядеть.
— К работе? Но я не рабыня!
— Замолчи! — повысила голос Латиса. В ее глазах плескался гнев, причину которого я не могла понять. — Мы не держим в замке бездельников. Отныне ты собственность, — эти слова Латиса произнесла, как мне показалось, с особым удовольствием, — моей семьи.