Свою цивильную одежду она нашла в доме – выстиранную, отглаженную. Кто этим занимался, так и не узнала, не поблагодарила. Наверняка, это Ирина позаботилась. Надо будет прислать ей подарок, на память, когда доберётся до дома и немного придёт в себя.
Дождавшись окончания танцев, Ольга ускользнула домой. Усталость навалилась так не вовремя, но поддаваться ей было никак нельзя!
Сначала она искупалась, потом, тщательно выбрав, надела бельё, колготки и сверху джинсы. Поколебавшись – прямо на голое тело натянула свитер, а сверху – любимый осенний плащ.
Паспорт положила во внутренний карман плаща. Огляделась – ничего не забыла?
Мастерить куклу на кровати не стала. Зачем? Волки так и так мигом поймут, что она ушла. Тем более что волчица не сбегает, как нашкодившая шавка, а уходит, потому что сама так решила.
Осталось написать письмо мужу, и можно трогаться в путь.
Посёлок заснул, погасли все окна. Где-то в тундре вяло перелаивались чукотские лайки, огнями звёзд перемигивалось небо.
Оля закончила писать и положила письмо на стол так, чтобы Максим его сразу увидел.
Шагнула на улицу, прошла вдоль дома, потом – вдоль следующего, по дуге огибая площадь, где всё ещё шебуршились гости, чутко прислушиваясь и принюхиваясь. И когда оказалась в ста метрах от крайнего здания, перекинулась.
Белая волчица встряхнулась, потянулась, разминая, растягивая ноги, выгнула шею. Встряхнулась ещё раз.
На пару секунд задержала взгляд на посёлке, а потом тряхнула головой, решительно развернулась и взяла курс на юго-юго-восток.
Если оказавшись на испытании, Ольга не сразу сориентировалась, то сегодня ночью её будто бы кто-то вёл. Волчица бежала, не задумываясь, интуитивно чувствуя, что выбрала верное направление.
Нервная скатерть тундры стелилась под лапы зверя – россыпями камней, мягкими кочками, шапками мха, пружинящими пятнами ягеля, замерзшими лужами и островками снега.
Зверь бежал, чутко прислушиваясь к звукам тундры – вон, пискнув от ужаса, чуть ли не из-под самых лап в свою норку метнулся лемминг. А там шли три волка, учуяли оборотня и замерли, не зная, как лучше поступить – прикинуться мёртвыми или быстрее уносить ноги.