Ольга вытаращила глаза.
- Я знаю, кто ты, кто Анто, не пугайся. Я знаю, больше никто не знает. В этом виде, - чукча ткнул в Ольгу пальцем, - тебе на остров не попасть. Там пограничники, местных жителей совсем мало, каждого в лицо помнят. Я всегда тут живу, меня все уважают, на остров пропустят. Незнакомую девушку – нет. Поэтому будешь собакой. И вертолёты отсюда на Имэлин редко летают, чаще из Провидения или Лаврентьева, но там нет никого, кто смог бы тебя довезти. Поэтому ты тут. Не пугайся, Тыненкэй уже договорился.
- Кто это – Тыненкэй?
- Я! А подарок – белая собака. Поняла?
- Не очень.
- Глупая женщина, - вздохнул мужчина. – Завтра ты станешь собакой, мы сядем в вертолёт и полетим на остров. Что тебе делать дальше, расскажу на острове.
Ночью Оля почти не спала, всё время казалось, что по телу кто-то ползает. В таком-то морозе не должны водиться блохи? Или – в условиях жилья, они могут и выжить?
Едва чукча объявил, что вертолёт уже ждёт, женщина шмыгнула за занавеску, проверила, надёжно ли закреплены документы и фигурка, а потом сменила ипостась.
Жалко, ты не собака, - восхищённо пробормотал Тыненкэй. – Идём. Веди себя, как лайка. Чешись, лай, проси еду. Можешь скулить, ведь собака никогда раньше не летала.
Изображать собаку? Легко, ведь у неё уже есть такой опыт!
Пилот вертолёта, к слову, пограничник, ничего не заподозрил.
- Повезло тебе, Тыненкэй, что мне позавчера пришлось сесть в Уэлене, иначе встретился бы ты с родственником только летом. Не жалко отдавать такую собаку? Красивая.
Ольга приосанилась, встряхнулась, пуша шерсть и показывая себя во всей красе.
- Ещё бы трёх таких же и такую парку можно сшить!
Волчица передёрнулась и забилась чукче в ноги.
У-у! Она-то думала, он на неё любуется, а этот… нехороший человек, её шкуркой интересуется!
- Тыненкэй, не задерживайся, я быстро разгружусь! – напутствовал летчик чукчу.
Проводник быстро дошагал до домов, большая часть которых выглядела заброшенными, и свернул к единственному жилому. Умка семенила следом.
- Дальше тебе нельзя. Мой родственник хороший человек, но собака ему не нужна, а рассказать, кто ты и куда идёшь, я не могу. Поэтому, сиди тут, в скалах. Жди. Станет темно – побежишь во-о-н туда.