Звери замерли на мгновение, вслушиваясь в звуки и запахи утра, а потом волчица сделала свечку и полетела по сугробам. Прыжок, снег проваливается, зверь погружается по самые уши, отталкивается задними ногами, взлетает над поверхностью, оставляя на ней лёгкие прочерки от задних лап и хвоста, и снова ныряет вниз. Если смотреть издали и сверху, то цепочка ям, связанная между собой штрихами-нитями, напоминала бусы, которые кто-то бросил на снежный склон. Волк некоторое время помедлил, давая самке фору, и бросился вдогонку.
Старая, как сам мир игра, которая может продлить жизнь для одного, отнять – у другого. Или подарить её третьему.
Волчица добежала до густого леса, скрывшего зверей от чужого глаза, и повернулась, ожидая, когда её догонит самец. В отличие от более лёгкой самки, волк не прыгал, а шёл сквозь снег танком, раздвигая заносы грудью, притаптывая лапами, оставляя позади настоящую дорогу. Снег приблизился и игриво припал на передние лапы, виляя хвостом, но вместо игры Умка оскалилась и звонко клацнула зубами.
Волчица обошла его кругом, глухо рыча, беря на тон выше и тут же опускаясь ниже, объясняя, почему так сердита, рассказывая, как непросто ей было, негодуя и упрекая. Волк опустил голову, покорно принимая упрёки и укусы. А самка не церемонилась – хватала от души, но не трепала, а не жалея, била открытой пастью. И в какой-то момент не рассчитала – по светлой шерсти самца побежали рубиновые капли.
Старому ворону надоело наблюдать за странным поведением хищников, он озяб, проголодался, пора было наведаться в город, проинспектировать оставленный в мешках мусор. Люди такие транжиры, и в мусоре подчас можно найти целый обед. Птица взлетела, стряхнув с ветки снег, и холодная пригоршня упала на зверей, заставив их замереть.
Самка запыхалась первой или не захотела долго ждать? После небольшой пробежки вокруг выступа волчица вырвалась вперёд, прыжками взлетела на скалу и замерла на торчащем из сугроба камне, волк принялся карабкаться к ней – так легко прыгать, как это делала самочка, у него не получалось.