Язык выписывает восьмёрки у неё во рту. — Мне это очень нравится.
Надавливаю сильнее и ритмичнее, слыша, как она отзывается языком тела — стонами и частой дрожью. Веду пальцами ниже, трогаю влажный вход.
— Расслабься, Ангелочек.
Палец едва протискивается в узкое отверстие, сжавшееся ещё сильнее вокруг моего пальца. Зубы едва не крошатся в пыль от мысли, как бы крепко и плотно она сжималась вокруг моего члена и текла. Да, текла бы сильнее и сильнее.
Палец скользит в глубине лона. Отзывчивость её тела будит во мне что-то тёмное и порочное.
— Пожалуйста! — стонет.
— Пожалуйста «что»? Быстрее? Хочешь кончить?
Пытаюсь поймать её взгляд, но он расфокусированный и лишённый смысла. Но зато в нём много удовольствия, граничащего с беспамятством. Я чувствую, что ей сейчас хорошо.
Выписываю пальцами круги по клитору. Анжела прижимается теснее, уже ничего не соображая.
Мою голову тоже кружит от передозировки возбуждения. Член едва не разрывает ткань. Послав всё к чёрту, я перестаю держать её за задницу, поспешно расстёгиваю ширинку и спускаю вниз. Ловлю тонкую ладонь с длинными пальчиками, накрывая свой твёрдый член.
Анжела отдёргивает руку, словно от кипятка.
— Сожми сильнее, — прошу, постанывая, толкаясь в горячую ладонь. — Крепче… — выдыхаю почти счастливо, когда её пальцы исполняют приказ.
Сначала несмело, но потом захват крепчает. Испустив изумлённый вздох, она несмело двигает по члену вверх и вниз. Даже в полутьме спальни видно, как сильно вспыхивает лицо Анжелы. Не давая ей вынырнуть из пут возбуждения, я снова ввожу во влажное лоно пальцы, теперь уже два, двигая быстро и резко.
Стоны становятся громче. Я накрываю ладонью её затылок и впиваюсь в манящий рот поцелуем. Заглушаю все прочие звуки — стоны и всхлипы, гася их глубокими толчками языка. Ускоряюсь, чувствуя, что она близка к оргазму. Её пальцы тоже движутся быстрее по моему члену, вызывая прилив возбуждения. Движения Анжелы резковатые и неумелые. Но меня ведёт от мысли, что она ещё даже дрочить рукой не умеет.