Что за…
Пайк протягивает руку, обхватывает мое лицо ладонью и наклоняет голову, обжигая ухо своим дыханием.
– Не угрожай мне подобным дерьмом. Раз уж ты решила вести себя как соплячка, то, может, стоит наказать тебя, как непослушного ребенка?
Я еле сдерживаю смешок, который рвется, несмотря на слезы, высыхающие на моем лице.
– Ну попробуй, – поддразниваю я. – Умираю от желания увидеть твои попытки меня контролировать. Да ты даже Коула не можешь заставить делать работу по дому. И, наверное, уже позабыл, когда в последний раз женщина возбуждалась в твоей кровати.
Он рычит и ударяет рукой по стене у моей головы.
Я вздрагиваю.
А затем его рука зарывается в мои волосы, слегка запрокидывая голову, и его губы обрушиваются на мои.
Я всхлипываю, когда ощущения и его вкус затапливают меня, а клитор начинает пульсировать между ног. Проклятие. Мои веки трепещут и закрываются, возбуждение вперемешку с адреналином пролетают от груди к низу живота за миг.
– Охренеть, – отстранившись, выдыхает Пайк и стискивает в кулаке мои волосы.
Но через мгновение его рот накрывает мой, не давая отдышаться и требуя большего, опаляя каждый сантиметр моего тела.
Он невероятный на вкус. И ощущается великолепно. Через мгновение мой разум наконец примиряется с происходящим, и я тут же обхватываю его шею руками, отвечая на поцелуй.
Его ладонь сжимает мою талию, а пальцы скользят под красный шелк моих трусиков, сминая их так, будто Пайк еле сдерживается, чтобы не сорвать их.
От одной только мысли об этом моя киска пульсирует все сильнее. Его горячий и требовательный язык играет и дразнит мой язык, а когда он слегка отстраняется, чтобы прикусить мою нижнюю губу, я приподнимаюсь на носочки, чувствуя нестерпимое желание внизу живота.
О боже.
Он скользит от моих губ к щеке, прокладывая поцелуи вдоль подбородка, а затем обратно к шее. И я тут же выгибаю спину, не желая, чтобы он останавливался.
А еще мысленно улыбаюсь. Он хочет этого. Хочет меня.
Моя кожа гудит, волоски на руках встают дыбом, а тело сотрясает мелкая дрожь от ощущения его рук, которые не хотят отставать от его губ.
Я прижимаюсь задницей к его паху и чувствую его твердый, соблазнительный член. Но он, застонав, отстраняется.
– Джордан, – закрыв глаза и сведя брови, выдыхает Пайк с мукой в голосе. – Черт, мы не можем это сделать.
Я разворачиваюсь, приподнимаюсь на цыпочки и, положив руки ему на талию, прижимаюсь лбом к его лбу.
– Я знаю, – отвечаю я. – Знаю.