Афанасий как раз выпустил мощную атаку — концентрированный луч чистой кристаллической энергии, способный пробить любую защиту. Он целился в меня, но теперь между нами был Никон."
"Старший Уваров понял, что происходит. Попытался отменить заклинание, перенаправить удар, но было уже слишком поздно. Инерция магии не позволила атаке мгновенно остановиться.
Луч обрушился на спину Никона, прошил его насквозь и частично задел меня. Я отлетел назад, чувствуя, как под Реликтовым панцирем обугливается кожа на груди. Но основной удар принял на себя мой импровизированный щит из плоти и костей.
— Никон! — заорал Афанасий, бросаясь к брату.
Тело младшего Уварова обмякло. В груди зияли две дыры — от моего клинка и от луча Афанасия.
Патриарх рухнул на колени рядом с братом, прижимая его к себе. На лице старика выступили слёзы. Он прижимал к себе тело брата, и в его глазах я увидел, как что-то ломается. Последняя ниточка, удерживавшая рассудок, лопнула. Лицо патриарха исказилось, превратившись в маску безумной ярости.
— Все… — прохрипел он, поднимаясь на ноги. — Все вы умрёте… Каждый, кто осквернил мой дом…
Скипетр в его руке вспыхнул таким ярким светом, что пришлось зажмуриться. Когда я открыл глаза, воздух вокруг Афанасия искрился от концентрированной магической энергии. Старик больше не экономил силы, не рассчитывал удары. Он вкладывал в заклинание всё — боль, ярость, отчаяние.
— Всем назад! — заорал я своим людям. — Уходите с открытого пространства!
Бойцы среагировали мгновенно. Коршунов с тремя своими людьми нырнули за остатки фонтана, мои ребята метнулись к стенам, но не все успели.
Афанасий воздел скипетр к небу, и весь двор озарился мертвенным светом. Тысячи кристаллических игл материализовались в воздухе, покрывая пространство плотной сетью. А потом они обрушились вниз.
Медведев и Лось оказались слишком далеко от укрытий. Гранатомёты на плечах замедляли движения. Я видел, как глаза Медведева расширились, осознавая неизбежность. Кристаллические иглы пронзили обоих насквозь, превратив тела в кровавые решета.
Карпов почти добежал до стены, когда край заклинания достал его. Десяток игл вошли в спину и правую ногу. Ветеран рухнул, корчась от боли. Евсей прикрыл его собой, но и сам получил несколько ранений в плечо и бок.
Я активировал Каменную поступь и нырнул под землю. Двигался на пределе — магический резерв был почти пуст, каждое действие давалось через силу. Но бросить своих людей я не мог.