Знающие истинное положение дел снова остались одни.
Эдион сжимал и разжимал кулаки, глядя вслед Лисандре. Она намеренно уводила Галана и Илиаса подальше.
Армия, способная штурмовать Морат. Способная удержать Эравана от похода на Террасен.
Заскрипел песок. К Ровану подошел Лоркан:
– Я отправлюсь с тобой. Помогу тебе ее вернуть.
– Мы ее найдем, – подхватил Гарель.
Взгляд Эдиона наконец-то оторвался от Лисандры. Но на отца он не взглянул. За все время с момента высадки на берег он вообще не сказал Гарелю ни слова.
Хромая, к ним подошла Элида. Голос у нее был таким же хриплым, как у Гареля.
– Вместе, – сказала она. – Мы отправимся вместе.
Лоркан внимательно на нее посмотрел. Элида его не замечала.
– Фенрис с ними, – сказал Лоркан, и его глаза блеснули. – Он узнает, что мы отправляемся на поиски, и попытается оставить следы. Думаю, сможет.
Если только Маэва не бросит Фенриса в тюрьму. Но у него был долгий опыт сопротивления фэйской королеве. С самого дня принесения клятвы на крови Фенрис пытался выскользнуть из-под власти Маэвы.
Аэлина никогда не прекратит сопротивления.
Рован повернулся к Эдиону. Генерал снова заставил себя оторвать глаза от Лисандры.
– Я отправлюсь на север. С нею. Буду следить за состоянием армии… чтобы все совершалось так, как надо.
Рован сжал его руку:
– Нужно удерживать позиции. Завоюй нам столько времени, сколько сможешь, брат.
Эдион ответил таким же крепким пожатием. Глаза его сверкали. Рован понимал, как тяжело сейчас Волку Севера. Но если мир поверит, что Аэлина возвращается на север, рядом с нею обязательно должен находиться один из ее генералов.
– Верни ее, Рован, – дрогнувшим голосом сказал Эдион. – Верни ее на родину.
Рован кивнул:
– Мы еще увидимся. И с тобой, и со всеми.
Рован не стал понапрасну тратить слова и убеждать генерала простить Лисандру. Он сам не знал, как относиться к совместному замыслу Аэлины и Лисандры. Не знал он и роли, отведенной ему в этом спектакле.
Подошел Дорин.