– Не здесь, – процедила я сквозь зубы, и Дирам неохотно выпустил меня из объятий.
– Мы пойдем в мои покои. Там уже все готово.
Когда стена, ведущая в подземелье, захлопнулась за моей спиной, от страха пересохло во рту. Держа за руку, Дирам вывел меня из трапезной и повел по лабиринтам коридоров поместья. Мне казалось, что оно больше красного замка. Там я успела изучить каждый закоулок, а здесь ощущала себя так, будто попала в другой мир.
Широкая деревянная дверь с огромной круглой ручкой и замком предстала перед глазами.
Просторная комната была усыпана фиолетовыми цветами. Узкая ковровая дорожка, обрамленная свечами, вела к огромному ложу с тяжелым сиреневым балдахином. Бархатное постельное белье розового цвета и посреди кровати большой овальный поднос с фруктами и кубками. Я сразу обратила внимание, что на нем еще лежал серебристый кинжал.
В каждом углу стояли высокие вазы с цветами. Полумрак помещения вовсе не настраивал на романтический лад. Тревога поселилась в груди. Дирам мог усыпать покои даже золотом, и это все равно не скрыло бы того, что в них он собрался творить насилие.
Я знала, куда надо идти и не стала добиваться того, чтобы меня толкали в спину. Я прошла по дорожке, ощущая жар от огня, и села на край кровати. Дирам проделал то же самое. Аккуратно взял кинжал и разрезал сочный фрукт. Капли сока падали на постель, пока он протягивал мне дольку.
– Угощайся, – улыбнулся альва.
Я не отказала, откусив кусочек из его рук. Нектар потек по подбородку, и я поспешила стереть его рукой, но Дирам перехватил мою ладонь. Потянулся через поднос и коснулся моей шеи губами. Я старалась терпеть эту пытку, стиснув зубы. Он медленно слизывал сок, проводя влажную дорожку от шеи до подбородка и выше. Когда же он достиг губ, я не выдержала и отвернулась. Тыльной стороной ладони стерла с себя влагу. Отстранилась еще дальше, хотя и так находилась на краю.
– Тебе не нравится? Я старался.
Любой девушке несомненно бы понравился такой подарок, но я не та, кто смог бы оценить его заботу. Я любила Кирона и отторгала все, что с ним не связано. Дело вовсе не в красоте и ласке, а в объекте вожделения. Я всецело принадлежала императору, и любое посягательство на свое тело рассматривала, как военное вторжение. Почему Дирам этого не понимал?
– Я не хочу близости с тобой.