Я увидела неспокойных лошадей в отдалении и наших спутников, таращащихся на меня то ли изумленно, то ли… со страхом.
— Вам больно? — спросил владетель, не отводя от меня взгляда.
— Нет…
— Мы так испугались, — проговорил Рензо, который тоже смотрел на меня не так, как обычно. — Ты… ты чувствуешь что-то?
— А что? — с подозрением спросила я, глядя то на мужа, то на владетеля.
Они переглянулись, и Рензо ответил:
— Ты упала, Лери. Провалилась в ловушку.
— Это не ловушка, а старое логово виверна, — возразила я уверенно.
— Кто? — напрягся Гелл, и присел, чтобы видеть мое лицо лучше.
— Чистокровники, — вымолвила я и поежилась от неприятных предчувствий; словно какая-то тень наползла на сознание. Я точно знаю о виверне и отраве, что на него охотятся, но остальное… остальное слишком туманно.
— Что с тобой? — спросил Рензо.
Я потерла переносицу; со мной действительно было что-то не то, но я не могла понять, что. Тени-воспоминания наползали, надвигались, заполняли, и мне совершенно не хотелось им сдаваться.
— Что еще вы можете сказать? Ну же, Валерия, это так важно, — проговорил Брадо, вынуждая меня снова на него посмотреть.
И я посмотрела.
Одно из воспоминаний поглотило меня: вереница лиц, знакомых и незнакомых, туманные и южные пейзажи, слова нежности и лжи… Вынырнув из него, как из воды, я шумно вдохнула и, вцепившись в руку Рензо, сказала прерывисто владетелю:
— Она не умерла!
Гелл замер.
— Он солгал вам… солгал… — повторила я, глядя в бледнеющее лицо эньора.
— Кто? О ком ты, Лери?
Голос Рензо напомнил о реальности, о том, что я в настоящем. Посмотрев на мужа, я оперлась о его руку и начала подниматься; Гелл тоже поднялся. Мне все еще как будто не хватало воздуха, так что я дышала быстро, жадно, прерывисто. То, что я увидела, было таким значительным, таким важным – не для империи, не для Дракона, а для нас с Геллом, что я просто не могла промолчать.
— Нам надо поговорить, эньор, — проговорила я, и посмотрела на мужа.
— Конечно, — ответил Рензо и нехотя отпустил мою руку."
"Он отошел достаточно, чтобы мы с владетелем могли говорить без опасения, что нас услышат, однако я не могла начать говорить. На нас что-то наползало, что-то приближалось; я чувствовала, что, но не могла подобрать слов, знание ускользало от меня.
— Что вы чувствуете? — благоговейным шепотом спросил Брадо.