Дело-то серьезное, как бы оно большой криминальной войной не обернулось. А это не нужно никому, даже бандитам…
– Не понятно только, почему свидетелей нет, – сказал Потапов, глядя на скопление машин у ворот авторынка.
Это стояли автомобили покупателей, которые приезжают смотреть товар как в гордом одиночестве, так и целыми семьями. Бывает, что кто-то из домашних даже не выходит из машины, а кто-то возвращается почти сразу. Вне всякого сомнения, не все автомобили, стоящие у ворот, в момент убийства пустовали…
Первушин понял, куда смотрит Михаил.
– Там, в «Ниве», женщина сидит, а в «Тойоте» – парень какой-то в наушниках, плеер слушает. Никто ничего не видел… Парень вроде бы действительно и головы не повернул на выстрелы, а женщина, похоже, врет. Я спросил, почему она врет, а она такой вой подняла, что мама не горюй, – развел руками Первушин.
– Номер машины записал?
– Да, и номер машины записал, и фамилию женщины, и адрес…
– Это хорошо… Значит, нет свидетелей, говоришь?
– Пока нет. Но будут.
По другую сторону моста вдоль реки тянулась набережная, закованная в железобетон.
– Будут, но пока нет, – задумчиво повторил Потапов. – Откуда тогда знаешь, что в первого из машины стреляли? Может, убийца вышел из машины?
– Нет, расстояние не позволяет, – покачал головой оперативник. – Потерпевший рядом с машиной стоял, когда в него стреляли. Преступник должен был дверью его толкнуть, чтобы выйти. Но тогда потерпевший мог бы в сторону отойти, а он прямо перед дверью лежит… Нет, дверь не открывалась, когда в него стреляли.
– Ясно, – оборвал Михаил лейтенанта. – Но все равно, свидетелей надо искать.
– Сейчас наш начальник подъедет. Я его ждал, а приехали вы…
Первушин пытался, но не смог удержать улыбку. Если Потапов уже здесь, то двойное убийство, скорее всего, повесят на него, а районный уголовный розыск умоет руки. Кому нужен глухарь в отчетности?..