Имперский вояж

Временами он стонал во сне или что-то шептал одними губами. В тот момент кто-то вызвал врача, и она стала раздавать какие-то указания по внутренней судовой связи, тем самым отвлёкшись. Ори не могла упустить такой момент. Она вошла в помещение, чтобы поближе рассмотреть этого человека. Это был несомненно он. Тот самый Лео Нов. Тот и как будто другой. Глазные яблоки метались под опущенными веками, говоря о сильнейших переживаниях и усиленной работе мозга. Губы были горячими, на щеках горел болезненный румянец.

Она его искала, чтобы отомстить. Отомстить за те чувства, которые он заставил испытывать к нему. За чувства, не достойные настоящей эленте.

И вот он лежит перед ней. Беспомощный. Хватило бы одного короткого движения, чтобы оборвать его жизнь. Но вместо этого она, украдкой оглянувшись и убедившись, что никто не видит, забыв про камеры наблюдения, нагнулась над ним и поцеловала в губы. И О БЕЗДНА! Он ответил на поцелуй. Это было неожиданно. Настолько неожиданно, что Ори испуганно отпрянула.

Ей показалось, что он проснулся. Но нет. Всё произошло во сне. А тут и врач, увидев девушку в помещении, где лежал пациент, строгим голосом приказала выйти. А потом отправила под конвоем в жилой модуль. Тот поцелуй жёг губы девушки. Приятно жёг, вселяя какую-то слабую надежду. И вот теперь равнодушие в глазах. Она поняла, кого он целовал в тот момент, буквально почувствовала. Сердце резануло ревностью. Случайно узнав о церемонии прощания, Ори специально попросила, чтобы её саму и людей допустили туда, а услышав из уст самого капитана, кем была одна из этих двоих, даже испытала некую радость. Ведь теперь он был свободен, свободен от каких-либо обязательств. Но равнодушный взгляд разил наповал. Хотелось выть от обиды. От обиды на себя и весь мир. Но помня слова матери, которая говорила, что надо стать другом, стать незаменимой, стать необходимой, она твёрдо решила стать такой для капитана. У девушки появилась новая цель.

Глава 49

Илья сидел в ложементе и задумчиво жевал какую-то очередную вкусность, приготовленную под руководством брата. Но если честно, вкуса не чувствовал. Мысли его были далеко. Там, во сне. Где он последний раз видел Энди. Её прощальный поцелуй до сих пор ощущался на губах. Последнее время он почти не спал. Просто боялся спать. Стоило уснуть, как он вновь оказывался на борту элентийского эсминца и вновь собственными руками убивал любимую.