До этого правил род с пространственным аспектом – портальщики, проще говоря.
– Достаточно на сегодня, – говорит наконец Хатуров. – Я тобой доволен.
Возражаю:
– Ещё пятнадцать минут осталось.
– Я сказал – достаточно, – отрубает он.
– Вы обещали показать ещё техники медитации, которые предпочитал мой отец, – напоминаю ему.
– Завтра в десять утра. Пока занимайся как умеешь. А мне нужно созвониться с юристом и составить соглашение на твой допрос. Или ты уже передумал?
Мотаю головой. С чего бы мне передумать.
– И вот что, Никита.
Ну… Трогательно, как сказал бы незабвенный леший.
Понять бы ещё причину такой заботы.
Поразмыслив, к Таш я не иду. Сижу в своей комнате и медитирую.
* * *Следующим утром мой опекун действительно предлагает показать обещанное. Многого не жду. Техник медитации для развития каналов существует много. Те, которые использовал отец Никиты, мне тоже известны, но сам я всегда использовал другие.
Однако во время занятия кое-что и правда кажется мне интересным. В моём мире недостатка в эфире не было. Здесь же, в условиях постоянного эфирного голодания, люди разработали методы, позволяющие тратить мало, а получать – больше. Если раньше во время медитаций я опирался на источник, то техники Хатурова позволяют превратить всё тело в эфирный резонатор. Отклик приходит тут же: словно в систему моих каналов встроились ранее недостающие части.
Хочется заниматься дальше, но медитацию приходится отложить – потому что в обед я получаю приглашение от главы Тайной канцелярии.
Видимо, меня всё-таки решили…
…допросить.
Ну ладно – опросить. Как свидетеля. Причём не в конторе – а в поместье Львова. Вероятно, дело настолько серьёзно, что глава Тайной канцелярии опасается прослушки даже на собственном рабочем месте.
Что ж, надо ехать. Заодно потребую обещанный князем Львовым доступ к родовому поместью Каменских.
"В том, что я выполнил условия нашей с ним сделки, я не сомневаюсь. Даже если бункер успели зачистить до появления силовиков, какие-то следы там всё равно остались. Ничто не исчезает бесследно. Так что рыбку я для Тайной канцелярии поймал хорошую. Можно сказать – акулу. И даже слегка подпортил ей зубы. Надеюсь, они эту акулу не упустят.
А мне нужно в родовое поместье.
Удивительно, но Никита Каменский ни разу не съездил на руины родного дома.