Мертвое ущелье

Крюгер спал тревожным сном. Снилась ему эта же самая тайга, у деревьев, серых и мрачных, вдруг на его глазах из ветвей стали вырастать пальцы, сучья превращались в руки, и эти черные руки елей тянулись к нему, к его горлу.

Он проснулся от какого-то шороха с ощущением сильной тревоги и присутствия кого-то поблизости. Быстро левой рукой включил карманный фонарик, направленный туда, где ему послышался шорох, одновременно правой рукой выхватил пистолет."

"Когда вспыхнул свет фонаря, Крюгер вздрогнул, увидев в выходном отверстии между шторкой и стенкой огромную звериную, как будто волчью, морду.

Он не успел вскинуть пистолет, как она исчезла. Никакой волк не всунет морду в жилище человека. И потом — контролька, он бы наверняка ее задел. Это, без сомнения, дьявол! Лесной дьявол этой страшной земли! Штурмфюрера стало трясти как в лихорадке. Он слышал, как у него стучали зубы. Это продолжалось несколько секунд, потом он усилием воли заставил себя успокоиться — тренированный организм разведчика подчинился. Крюгер достал носовой платок, обтер пот, выступивший на лбу. Молча, про себя, прочитал одну из коротких лютеранских молитв. Ему вспомнилась кирха, там, в Берлине, почти рядом с домом, и он немного успокоился. «С нами бог!» — говорил фюрер. И бог не оставит его здесь, в этой жуткой тайге.

Он осторожно, держа в руке «парабеллум», выглянул из блиндажа. Вокруг царила глубокая мгла. Выбрался на свой наблюдательный пункт, огляделся. Не видно ничего. Мгла осенней ночи плотно заполняла все пространство вокруг.

Он вынул свой сильный карманный фонарик. Никогда прежде он не нарушил бы законы разведки, где совершенно запрещено в таких случаях пользоваться фонарем. Но сейчас... Этот дьявол... Дело идет о жизни или смерти его, Крюгера... Да и не видно на море кораблей с их прожекторами.

Ему показалось, что он слышит какой-то едва заметный шорох метрах в тридцати по склону вправо,— там темнеют как будто кусты. Он направил туда фонарик и резко включил его.

Луч вспыхнул, уперся в густой куст, и между ветками куста Крюгер отчетливо увидел голову, лицо человека.

Только мгновение он видел это лицо. Едва фонарь зажегся, как оно исчезло. Лицо было необычным: гладкое, молодое. Как будто женское или лицо юноши. Штурмфюрер разглядел за эти короткие мгновения длинные волосы и горящие глаза...

Он выключил фонарь, перебрался на другое место, прислушался. Кругом было тихо. Даже ветер смолк на побережье, только чуть слышно шелестело о берег море.