Время от времени легонько подвывала магнитная подвеска, пока пилот уводил кораблик от возможного обнаружения, скользя между гигантскими стальными надстройками станции.
- Всё парни, - раздалось в наушниках подключенных к креслу. - Прошли чисто. Бот в режиме маскировки. Подозрительные телодвижения утихли. Технический шлюз в тридцати метрах справа по курсу. Удачи. И давайте как в прошлый раз, «побыстряку».
- Не получится «побыстряку», - отозвался Трикс, отстёгивая крепления. - На подготовку отведено двое стандартных суток, после чего операцию начинают сразу все группы, а потом как заладится.
- О горе! Я закачал в терминал всего двенадцать часов сериала. Что же я буду делать потом?
Чтобы не подвергать операцию ненужному риску десантные боты не курсируют туда-сюда, а остаются на месте прилёта — так их труднее засечь. Всё это время пилоту положено пялиться через терминал на окружающую обстановку и принять меры в случае обнаружения. Но в девяноста процентах случаев, если бот обнаруживают, то уничтожают ещё до того как пилот заподозрит неладное.
Связь в боте жёстко блокирована, инфы нет, а значит нет и развлечений. Поэтому, чтобы не скучать во время ожидания, пилоты нашли способ использовать терминал бота как видеопроигрыватель. Чем грубо нарушают десяток статей устава и техники безопасности. Но старший офицерский состав об этом не знает, а младший закрывает глаза на безобидные шалости.
Мы поднялись из кресел, тем самым отсоединив штекеры жизнеобеспечения и связи. Теперь с пилотом уже не поговоришь. Потому что звуки в безвоздушном отсеке бота не распространяются.
Входной люк плавно уехал в сторону. За бортом вечная ночь. Навигационные огни станции лупят разноцветными прожекторами в выпирающие надстройки, отчего те светятся как новогодние ёлки, затмевая сияние далёких звёзд.
Стальная поверхность станции уходит в горизонт. Мы будто посреди железного города. Всюду башни и громадные пирамиды. Мрачные дома без дверей и окон.