Она говорила плаксиво и раздраженно, однако по крайней мере понимала, кто она и где находится. Джимми и Хэл вроде бы тоже. Они выглядели осоловелыми, но не такими раздавленными, как Айрис.
Кино больше не будет, сказал Авери. Никогда.
Его голос у Калиши в голове звучал громче обычного, и для нее это почти однозначно доказывало, что вместе они и правда сильнее.
– Смелое предсказание, – заметил Никки. – Особенно от такого мелкого сопляка, как ты, Авестер.
Хэл и Джимми улыбнулись этим словам, а Кэти даже хихикнула.
У нас мало времени, сказал Авери. Скоро кто-нибудь придет разогнать нас по комнатам.
– Наверное, Коринна, – предположила Калиша.
– Ага, – согласилась Хелен. – Сучья ведьма Запада[52].
– И что нам делать? – спросил Джордж.
На мгновение Авери как будто опешил, и Калиша испугалась. Потом мальчик, который сегодня утром думал, что его жизнь окончится в баке с водой, протянул руки.
– Беритесь за меня, – сказал он. Встанем в круг.
Все, за исключением Айрис, прошаркали к нему. Хелен Симмс взяла Айрис за плечи и направила в составленный другими неровный кружок. Лен с большим сожалением оглянулся через плечо на телевизор, затем со вздохом тоже протянул руку.
– А, пофиг.
– Правильно, пофиг, – сказала Калиша. – Терять нам нечего.
Левой рукой она взяла правую руку Лена, а правой – левую руку Никки. Айрис присоединилась к ним последней и, взявшись за руки с Джимми Куллумом и Хелен, вдруг резко вскинула голову.
– Где я? Что мы делаем? Кино закончилось?
– Тс-с, – шикнула Калиша.
– У меня голова не так сильно болит!
– Хорошо. А теперь тихо.
Остальные подхватили:
Тс-с… тс-с… Айрис, тс-с.
Каждое следующее «тс-с» звучало громче. Что-то менялось. Что-то нарастало.
Рычаги, подумала Калиша. Вот рычаги, Авери.
Он кивнул ей с противоположной стороны круга.
Это была еще не сила, пока еще не сила, и Калиша знала, как опасно принимать это за силу, однако потенциал силы уже чувствовался.
– Ребята? – робко проговорил Лен. – У меня голова прояснилась. Уж и не помню, когда она последний раз была такой ясной. – Он почти в панике посмотрел на Калишу. – Не бросай меня, Ша!
Все хорошо, мысленно передала она ему. Тебе ничего не угрожает.
Это было неправдой. Опасность угрожала им всем.