К тому времени у нас с вами должны быть готовы к выпуску две модели вертолетов, — было видно, как при упоминании шарашки оба едва заметно поморщились, — так что завтра жду вас у себя в «Бюро», которое также находится в ЦКБ-29. Пропуска на вас будут выписаны. У нас с этим строго. — Я посмотрел на своего порученца, и он тут же сделал памятку в свой блокнот, с которым не расставался.
Вообще Глеб Рябов стал буквально моей тенью. Когда он спал и ел, я не знаю. Утром я выходил к подъехавшей за мной машине, и он уже находился там, гладко выбрит, бодр и свеж.
Тут будет реклама 1
Подозреваю, что у него имелись невидимые мне помощники, потому что, как рассказала Таня, какие-то люди приносили к нам домой различные продукты, интересовались, не нужно ли чем помочь по хозяйству и какие есть иные пожелания. Один раз я при Рябове посетовал, что моей жене трудно найти литературу для подготовки к поступлению в медицинский институт, и уже на следующий день, когда я вернулся домой, Татьяна сидела, обложившись книгами и брошюрами, которые, по ее словам, принесли двое сотрудников НКВД.
Тут будет реклама 2
Глава 9
Заседание совнаркома
Д`Артанваська и три «мушкетера»
То, что происходило на улице Радио, дом 22–24, в следующие пару месяцев, иначе как Вавилонским столпотворением не назовешь. Из самого здания исчезли надзиратели, конвоиры и прочие атрибуты места хоть и относительно комфортного, но все же заключения. Хотя людей в васильковых фуражках меньше не стало. Секретность — наше все.
По коридорам почти что бегом носились сотрудники конструкторских бригад.
Тут будет реклама 3
Будучи теперь уже людьми вольными, они не спешили покидать рабочие места. Домой многих приходилось выгонять далеко за полночь. Энтузиазм людей просто зашкаливал. Пришлось просить выделить для развоза сотрудников пару автобусов и несколько дежурных легковых авто. К ним прибавились несколько грузовиков, и таким образом образовался свой вполне приличный автопарк.
Из мест заключения начали возвращаться освобожденные по ходатайству специалисты и сразу включались в работу.
Тут будет реклама 4
Теперь все здание передали в ведение «Бюро перспективных разработок». Вот только ведомственная принадлежность нашего «Бюро» изменилась. Теперь мы относились не к НКВД, а к Совнаркому. Произошло это после моего конфликта с наркомом авиационной промышленности СССР Михаилом Кагановичем, старшим братом близкого сподвижника Сталина Лазаря Моисеевича Кагановича.
Из своих познаний в истории я полагал, что пост наркома авиапромышленности занимает Алексей Иванович Шахурин.
