Он вручил мне визитку и просил звонить в любое время, если вдруг понадобится его помощь. Надеюсь, он не заподозрил, что я его раскусил. Вроде бы мне удалось создать впечатление молодого простачка.
Домой в машине ехали молча. Таня вполоборота смотрела в окно и слегка улыбалась. Уже дома я спросил:
— И как это понимать? Когда ты успела выучить немецкий?
— Учить его я, Мишенька, начала еще в школе, и учителя меня очень хвалили. Говорили, что у меня способности к языкам. А уже здесь, в Москве, я записалась на курсы.
— Прости меня, родная, — я обнял жену, — я постоянно в делах, и у меня вечно не хватает времени на тебя. Обещаю исправиться, — я посмотрел ей в глаза. — А ты у меня молодец, не растерялась в ресторане.
— Ничего удивительного, — Таня пожала плечами. — Лаврентий Павлович предупреждал, что такое рано или поздно может произойти.
— Кто? — Вот уж не думал, что у моей жены такие знакомства.
— Товарищ Берия. Он приезжал к нам домой, когда ты был в отъезде, и мы долго беседовали. В том числе о возможных контактах с представителями иностранных разведок. Лаврентий Павлович попросил меня вести себя в таких случаях естественно и дружелюбно и во всем помогать тебе.
Ну, Берия, ну, жук. Все предусмотрел. Хотя понять его вполне можно.
На следующее утро я положил на стол своего начальника особого отдела капитана госбезопасности Сазонова рапорт о встрече в ресторане с Краузе. Уже через пару часов мне позвонил сам Берия и велел ехать на дачу к Сталину.
Проблема на самом деле была достаточно серьезная. Финны, вооруженные пистолетами-пулеметами «Суоми», попили много крови у наших бойцов, а нам и ответить было почти нечем.
Увы, дела у нас в этой сфере обстояли не блестяще. Были даже предложения просто скопировать финский ПП и не заморачиваться. Радовало лишь то, что работы по промежуточному патрону были на стадии завершения. Уже была изготовлена опытная партия таких боеприпасов.