В этот же день в Стаханово была церемония вручения Боевого Знамени очередному сформированному вертолетному штурмовому полку. Я последние две недели ежедневно ездил туда, улаживая различные вопросы. Сама церемония прошла очень торжественно. Красное Знамя пронесли перед строем полка, и знаменная группа заняла свое место на правом фланге строя. Над летным полем, где проходило построение всего личного состава «Центра боевого применения армейской авиации», прошли в строю ударные и десантные винтокрылые машины.
Чкалов был очень доволен.
Хотя ему теперь летать удавалось мало, но, видя своих, так сказать, питомцев, он просто цвел. А уж про Семку и говорить нечего. Его поначалу как инструктора уже достаточно опытные летчики просто не воспринимали, но лишь до той поры, пока он не сел в кабину вертушки и не показал высший класс в стрельбе из бортового вооружения по наземным и воздушным целям. После этого его авторитет как специалиста был непререкаемым. Летчики с кубарями в петлицах первыми козыряли ему, хотя он и числился гражданским инструктором.
Но теперь в звании он сравнялся со многими. Безумнов Семен Павлович в начале мая 1941 года был призван на военную службу и сразу же приказом по ВВС получил звание лейтенанта и был прикомандирован к «Центру».
Возвращались из «Центра» уже во второй половине дня. Сидящий на переднем сиденье, рядом с водителем нашего ЗИСа, уже капитан госбезопасности Андрей Пушкевич вдруг откинулся на спинку сиденья, будто его с силой ударили в лицо. Напротив его головы в лобовом стекле образовалось аккуратное круглое отверстие, а меня и сидящего рядом моего порученца Глеба Рябова обрызгало чем-то теплым и липким.
Спустя мгновение такой же круглое отверстие образовалось напротив головы водителя. Машину занесло и опрокинуло в кювет.
Глеб ударом ноги распахнул дверцу лежащей на крыше машины и начал выбираться наружу, одновременно пытаясь вытянуть и меня. А на дороге уже слышались шаги бегущих к нам людей, и что-то подсказывало мне, что это отнюдь не спасатели.
В подтверждение моих слов Глеб выхватил пистолет и выстрелил в показавшуюся на обочине дороги фигуру. Неизвестный молча свалился на землю. Я, чтобы не быть сторонним наблюдателем, нырнул обратно в салон автомобиля и нашарил рукой на поясе у мертвого Пушкевича ПП «Скорпион». Вот теперь повоюем. Надеюсь, выстрелы кто-нибудь услышал и сообщит о них. А значит, нам нужно продержаться не так уж и много времени.
Сбоку в кустах послышалось какое-то шевеление.
