Я к нему – он снова от меня.
Ситуация складывалась на редкость безумная, но мне было весело, поэтому я не спешила объяснять, что всего лишь шучу. Он сам начал, а я только поддержала игру.
Княжич потихоньку пятился, я наступала. Диван попался очень кстати. Таймир споткнулся, не удержал равновесия и начал падать назад, а в процессе попытался удержаться за меня. Но я же не глупая, чтобы удерживать его. Я и не стала, более того, вскрикнула и упала на грудь завалившегося парня, так как не устояла под его весом. Да еще случайно приложила коленом промеж ног.
– Таймир… – произнесла с придыханием. – Вы та-а-акой шалунишка. Настоящий мужчина: сказали, что соблазните меня, и вот – соблазняете!
– Да я не… – простонал он сквозь сжатые зубы.
– Вы сейчас будете меня целовать? – Я с незамутненной радостью посмотрела ему в глаза.
– Э-э…
Он вяло трепыхнулся и снова сделал попытку отползти. Более того, хвост парня обвился вокруг моей ноги и попытался оттащить меня в сторону. Ха!
Если честно, что делать с бедным княжичем дальше – я не знала. Ситуация перешла в разряд полного абсурда и нужно было как-то с честью выйти из нее. Я уже собралась рассмеяться, встать и извиниться за свой маленький розыгрыш, когда в нашем тесном кругу прибавилось народу.
Раздвинулись ветки вьюна у входа, и в грот ворвался Себастьян собственной персоной.
– Ой! А вот и лорд Себастьян прибыл! – воскликнула я.
– – рявкнул тем временем некромант, и от него снова посыпались искры, в прямом смысле этого слова. Я не преувеличиваю.
Вот тут я даже подпрыгнула на поверженном лиграссе и ощутимо струхнула.
– Да-а… – задушенно просипел Таймир, потом застонал и попытался слиться с обстановкой.
Выражение лица у него при этом было непередаваемое – одновременно и облегчение, и ужас, и опасение, и что-то еще, не поддающееся определению.
А потом я перевела взгляд с Себастьяна на Руби, до того мирно хихикавшую над моей выходкой, и икнула.
Увидев некроманта, собака встала в стойку, из которой животные обычно бросаются в атаку. А потом… Ее голова совершенно немыслимым образом увеличилась, пасть распахнулась и приняла такие размеры, что запросто можно было откусить голову человеку.