Искупление. Часть вторая

 — Затем встал, и кинув, — завтра в полдень, — покинул малый тронный зал.

Когда дверь за ним захлопнулась, Найяр выхватил нож, висевший на поясе, и с силой метнул в дверь напротив.

— Ублюдки, — прошипел он. — В порошок сотру.

Он стремительно спустился вниз, подошел к пыточным камерам и здесь немного перевел дыхание.

— Тарга Финла ко мне, — велел его сиятельство, входя в камеру."

"Герцог прошелся мимо пыточных инструментов, любовно погладил дыбу, поднял плеть и придирчиво осмотрел ее. Нужна новая, эта уже слишком мягкая, отбитая.

Найяр любил, когда плети были свежими, еще жесткими, тогда они лучше сдирали кожу.

— Эй, кто там? — крикнул его сиятельство. — Пару новых плетей, эту выкинуть, отработала.

Страж поклонился и вышел. Найяр вольготно развалился на стуле, закинув ноги на стол. Успокаивать нервы в пыточной он начал лет в семнадцать. Тогда он в первый, и наверное, единственный раз разругался с братом так, что его трясло от нежелания Неила понять его. Дело касалось одной из служанок. Девчонка понесла после его развлечений с ней.

Дурочка со смущенной улыбкой сообщила ему, что он станет отцом. Тогда Найяр, еще щенок, решил, что увлечен этой служанкой. Он даже немного ухаживал за ней, потому она решила, что юный герцог будет рад будущему отцовству.

Най рад не был. Более того, он представил, что скажет отец, который столько раз талдычил ему, что бастарды приносят только вред, и семя нужно сеять в законную почву, в чрево своей жены. И вот эта наивная дура стоит и радостно улыбается, ожидая от него вселенского счастья.

Найяр психанул. Он потребовал немедленно избавиться от дитя, не привлекая к этому внимания. Девчонка заартачилась, и тогда юный герцог начал хлестать ее обвинениями в доступности, твердил, что это не его ребенок, и он никогда не будет не заботиться о нем, не помогать его матери. Девчонка заявила, что вырастит сама, потому что любит свое дитя, как любила его отца.

Тогда Найяр сменил гнев на милость, приласкал ее, попросил подождать. Она горячо закивала, а юный герцог помчался к лекарю, тогда это был еще не Лаггер.

Выслушав юношу, лекарь дал ему склянку с каким-то снадобьем, сказав, что это решит все проблемы младшего Грэима. Найяр вернулся к своей любовнице и силой влил ей в рот снадобье. Утром девушку нашли мертвой. Огорчился ли юноша? Больше удивился и потребовал объяснений у лекаря. Тот признался, что дал яд, ибо срок беременности был ему неизвестен.

Найяр обо всем рассказал Неилу. Брат врезал ему по лицу.