– Смотри на меня, – сказал я, поворачивая ее лицо к себе. Я не хотел, чтобы она вновь испытывала страх. – Все, Ноа, теперь ты со мной.
Вдруг ее руки соскользнули с моих щек, упали мне на плечи, я увидел, как ее взгляд начал блуждать и через секунду потерял фокус.
– Ноа? – сказал я, удерживая ее в своих руках. – Врача! – закричал я, когда увидел, что она не реагирует.
С нарастающим страхом внутри я подхватил ее на руки. Ее ранили? У нее какие-то внутренние повреждения, которых я не увидел?
– Очнись, Ноа, – повторял я, прижав ее к себе, пока не приехала скорая помощь.
– Разрешите, – сказал доктор.
Подбежали Раффаэлла и мой отец.
– Что с ней? – допытывался я у доктора.
Он забрал ее из моих рук, положил на носилки, а санитары понесли ее в машину.
– Мы едем в больницу. Вы ее мать? – спросили они Раффаэллу, которая рассеянно кивнула, садясь в скорую.
– Я тоже поеду, – объявил я решительно.
– Я поеду за вами на машине, – сказал отец.
Поездка заняла целую вечность. Ноа все еще была без сознания, но после быстрого осмотра доктор сказал, что ничего серьезного нет.
Я подошел к Ноа и мягко пропустил пыльцы сквозь ее волосы.
– Прости, Ноа, прости…
49. Ноа
Когда я открыла глаза, то обнаружила, что лежу на больничной койке. У меня очень болели голова и лицо, но душа моя возликовала, когда я увидела Ника рядом.
– Наконец-то ты проснулась! – вскрикнул Николас, целуя мою руку, которую он держал в своих руках.
– Что случилось? – спросила я, не понимая, как очутилась здесь.
"– Обморок, – объяснил он, глядя на меня обеспокоенно. – Врачи сказали, что ты была психологически вымотана. Тебе дали таблетки, чтобы ты поспала…
Я вспомнила все, что случилось: похищение, побои отца, Ронни, момент, когда я подумала, что отец вот-вот застрелит меня, и когда он упал на землю весь в крови…
– Что с ним? – спросила я в ту же минуту.
Николас сразу понял, о ком я спрашиваю.
Он смотрел на меня нерешительно, но, в конце концов, ответил.
– Он не выжил, Ноа. Пуля прошла рядом с сердцем, его даже не довезли до больницы.
Это было очень странно, но я не почувствовала ничего, кроме облегчения, бесконечного облегчения.
– Все кончено, – объявил Ник. – Никто больше не сможет причинить тебе вреда. Я позабочусь о тебе, Ноа.
Я почувствовала, как мои глаза наполняются слезами.
– Я никогда не думала, что все так закончится. Что я буду благодарить судьбу за то, что наши родители встретились.