Я имею в виду, я чертовски рад, что она пришла, но Элли не имеет никакого права находиться здесь, в «Оазисе». С ней все нормально. Нет, мать вашу, ни одной причины, чтобы она была здесь. То, как она стонет и мяукает, поглаживая и царапая мою спину, то, как ее мягкие бедра сжимаются вокруг моей талии, говорит мне, чтобы я вошел глубже, то, как ее тело двигается в одном такте с моим, как если бы мы были созданы для этого. Как будто она была специально создана исключительно для меня... Элли не нужны никакие сертификаты, удостоверяющие, что она хорошая любовница.
Мои бедра горят, словно по ним прошелся огненный шар, и угли подогревают мои яйца, и я знаю, что скоро она полностью потеряет свое чувство контроля. Ее киска начинает пульсировать, задабривая огненный шар, полыхающий внутри меня. Я чувствую, как она отдает больше соков, готовых затушить мой огонь хлынувшим потоком от капитуляции.
Одной рукой я приподнимаю ее попку, а другой — ласкаю ее клитор, я подбираю темп своих толчков, страстно желая утонуть в ее теплых водах. Элли кричит в экстазе и начинает пощипывать и сжимать свою грудь. Я наклоняюсь и беру в рот затвердевший сосок, затем посасываю и лижу другой, Элли прижимает их друг к другу, предлагая их моему языку и зубам.
Все мое тело трахает ее, погружая в чувства. Она стонет и хрипло выкрикивает мое имя. Этот звук, словно пение для моих ушей, которое заставляет ощущать себя настолько хорошо.
Ее спина выгибается, и я чувствую, словно внутри нее что-то взорвалось, глаза плотно зажмурены, рот открыт, но из него не выходит ни единого звука.
— Да, вот так, малышка, — хрипло говорю я, по-прежнему толкаясь внутри нее.
Она великолепна. Дико красива. Мне нравится наблюдать, как она распадается на части от дикого возбуждения снова и снова, пока не становится оцепеневшей и не в состоянии даже двигаться. Но, наблюдая за ней столь уязвимой и дикой, когда она пульсирует вокруг моего члена, на меня накатывает собственный оргазм, скользящий вверх по позвоночнику. Я хочу замедлить свои толчки, но слишком поздно.