Она посылает мне шаловливую улыбку, прежде чем закусить свою красную нижнюю губу, затем толкает меня, чтобы я сел на стул, которому доводится стать импровизированной сценой. Она не оглядывается. Ее большие карие глаза продолжают смотреть в мои, сосредоточив на мне все свое внимание. Заставляя меня чувствовать, будто я единственный мужчина на земле, из-за которого она становится мокрой.
Красные кончики акриловых ногтей Кэнди скользят от моей груди к животу. Ее пальцы исследуют твердые мышцы моего пресса через белую льняную рубашку, и она облизывает свои губы в знак одобрения.
— О-о-ох, малыш, ты здесь такой твердый, — воркует она. — Интересно, где еще ты твердый."
"Реплика смехотворная, но она точно разбирается в том виде дерьма, который хотят услышать простодушные лохи. Ее руки движутся вниз, к верхней части моих бедер, в одном вздохе от члена. Ее глаза перемещаются к моим коленям и обратно, шаловливо сверкая за темной подводкой и толстым слоем туши. Я поднимаю бровь, бросая ей вызов.
Кэнди хихикает, и ее руки прокладывают дорожку вниз к верней части моих бедер, перед тем как она выпрямляется. Голодный взгляд все еще удерживает мой, она начинает двигаться, руками скользя по своим изгибам. Она ласкает свою грудь, сжимает ее, прежде чем провести по плоскому, голому животу.
Я наблюдаю за тем, как она танцует для меня в своем сексуальном красном нижнем белье, но, тем не менее, все, о чем я могу думать, так это о том, как дерзко этот цвет будет выглядеть на Элли, вместе с ее красными волосами.
Кэнди замечает отстраненность в моем взгляде и придвигается вперед, чтобы встать у меня между ногами.
— М-м-м-м, — стонет она, ее глаза почти закрыты. — Я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне.
Я киваю, но не даю ей того, что она хочет.