"
"— Конечно, — соглашается та охотно, но я-то знаю, что все это условно. Как пить дать, будет подслушивать. Можно было и не выпроваживать ее, все равно втроем останемся. Хотя нет… Сейчас пространство снова сомкнется вокруг нас с Тимуром. Тогда он станет пытать лично меня — вербально и визуально. Боже… — Пойду, отдохну. А то у нас еще переезд после обеда.
Господи! Ну, вот нужно было еще и об этом ему сообщить!
Естественно, едва мама выходит, Тихомиров начинает допрос с пристрастием.
— Почему вы снова переезжаете?
Судорожно вздыхаю.
— Это съемная квартира. Хозяйка решила ее продать. Недавно нашла покупателей и потребовала съехать до конца месяца, — поясняю я, глядя куда угодно, только не ему в лицо.
— А договор?
— Он заканчивается через несколько дней. Мы думали, что просто переподпишем новый, но… В общем, никакой проблемы нет. Новая квартира в этом же доме нашлась. Все нормально.
Удобно избегать прямого визуального контакта, пока Тихомиров сидит. Он, очевидно, тоже это понимает, поэтому поднимается и подходит ко мне настолько близко, что я улавливаю его запах.
По коже расползаются мурашки, и ладони как-то мгновенно потеют. Сердцебиение в очередной раз сбивается. Становится отрывистым и яростным.
Почему я так на него реагирую? Столько лет прошло! Как нелепо… Как страшно снова влюбиться…
— Я не позволю, чтобы ты продолжала там работать, Птичка.
— Прекрати, Тимур, — выпаливаю слишком отчаянно. — Это тебя не касается.
— Я не уеду, пока ты там работаешь, — жестко перебивает он меня. — Или ты хочешь сказать, что тебе самой нравится, когда всякие мудаки пялятся на твою задницу и там же под градусом надрачивают?!
— Не твое дело, что мне нравится, а что нет! Может… Может, я вообще жажду их внимания!
— Да, конечно, — смеется прямо мне в лицо. Но веселья в нем мало. Скорее злость и еще что-то… Распознать не могу. — Я был там и наблюдал за тобой.
Мне нечего возразить. Просто смотрю ему в глаза и сердито дышу.
— Не будешь ты там работать, и точка. А посмеешь ослушаться… Увижу тебя там хоть раз, разнесу к херам весь этот ваш клуб!
— Ты нормальный вообще? — голос от злости звенит.