Они не двигались – так и сидели среди деревьев и кустарников, готовые в мгновение ока сорваться с места, а когда Саймон попытался их пересчитать, то понял, что все взгляды направлены на него.
– Уж простите, что лезу, – резко произнесла Уинтер, – но никто не хочет объяснить, что происходит?
Габриэль, не выпуская девушек из объятий, выпрямился и взглянул в их сторону. В его глазах блестели слёзы.
– Прошу прощения, – сказал он. – Это мои племянницы, Йара и Дельфина.
Уинтер захлопала ресницами.
– Погоди. То есть…
– Да, – ответил Габриэль, шмыгнув носом.
"Остальные Наследники явно не питали к нему тёплых семейных чувств, но Саймон решил, что пока лучше будет не заострять внимание на их враждебном настроении.
– Раз твои племянницы Наследницы, – сказал он, – значит, ты тоже…
– Королевской крови? Да. – Улыбка Габриэля погасла. – Для Наследника я слишком стар, но во мне течёт та же кровь.
По спине пробежал разряд тока. До знакомства с Фахари он думал, что все Хранители будут такими же, как Вадим, – жестокими, кровожадными убийцами, которые не остановятся ни перед чем, пока не сотрут новообращённых Наследников с лица земли.
– Похоже, тебя здесь не особенно любят, – сухо сказала Шарлотта, озвучив мысли Саймона. Она обвела фонариком деревья, выхватывая прячущихся во тьме Наследников. – И видимо, не помнят.
– Я давно не заглядывал в гости, – признал Габриэль, с опаской следя за лучом фонаря.
Девушка с длинными волосами отстранилась от дяди и шагнула вперёд.
– Саймон Торн, – сказала она, обратив на него взгляд тёмных глаз.
– Серьёзно? – спросил Саймон. Во рту вмиг пересохло. Стоящая рядом Шарлотта нахмурилась.
– Почему все всегда знают, что мы придём? – Она направила фонарик на Габриэля, словно собралась его допрашивать. – Он вам сказал?
– Габриэль? – девушка удивлённо посмотрела на дядю. – Нет. Мы не знали, что он будет с вами.
– Тогда откуда… – начал Саймон, но не договорил, потому что ощутил на шее дыхание.