Но солдаты Совета близко, и мне нужно, чтобы ты забрал её отсюда.
Саймон оцепенело кивнул.
– Хорошо, – выдавил он. – А есть антидот от яда в реке?
– Я не нашёл, – мрачно сказал ягуар. – Будем решать проблемы по мере их поступления, Саймон. Шарлотта умрёт, если ты ей не поможешь.
Он отпустил его, и Саймон кое-как встал. Ноги подгибались, но с каждым вздохом силы потихоньку возвращались.
– Принеси антидот, – сказал он ягуару, подходя к Шарлотте. – Мы будем ждать у входа в деревню.
Ягуар проследил за ним взглядом, но потом коротко кивнул – если, конечно, Саймону не показалось – и исчез, оставляя их с Шарлоттой наедине.
Голова до сих пор кружилась, а мысли не успокаивались; Саймону нужно было превратиться в кого-нибудь, кто мог быстро передвигаться по лесу и при этом нести Шарлотту, и на ум пришло только одно животное: горилла. Они не жили в лесах Амазонки, но сейчас это его совершенно не волновало.
"Подходить к реке было рискованно: там могли засесть солдаты Совета, но по-другому Саймон бы ни за что не нашёл деревню в темноте. Он и так передвигался настолько медленно, насколько позволяло колотящееся сердце, на каждом шаге ожидая града отравленных стрел. Но даже если поблизости и скрывались люди Вадима, они не нападали, и как только Саймон отошёл от лагеря на достаточное расстояние, он перехватил Шарлотту и во весь опор помчался вниз по реке.
Когда он добрался до деревни, Шарлотта безжизненно обмякла в его руках. Опустив её на мягкие листья, он тут же обернулся человеком и прислушался к едва различимому дыханию, отсчитывая секунды между вздохами и каждый раз содрогаясь от ужаса, как было и с Уинтер.
Казалось, что прошла вся ночь, но тут листья наконец зашуршали, к Шарлотте спрыгнул ягуар. В пасти он держал с десяток пластиковых шприцев. Саймон протянул руку, и он осторожно переложил их ему в ладонь.
– Вдруг кто-то ещё пострадал, – сказал он. – Одной дозы на человека будет достаточно.
– Спасибо, – хрипло сказал Саймон и отложил все шприцы, кроме одного.