— Я бы нашла…
— И что бы ты сделала? — повернул он голову набок, усмехаясь. — Джинн исполняет три желания.
— Форель в твоем бассейне, домик в Новой Зеландии, — на этом его брови поползли вверх, — и ты — обычный мужчина.
Он рассмеялся:
— Хороший бы вышел отпуск.
— Может, мне открыть турагентство для джиннов?
— Подумаем, когда уйду на пенсию, — и он поцеловал меня в лоб.
Чувство опасности никогда еще не пугало настолько. Все внутри рвалось отсюда подальше, будто где-то далеко нарисовалась конечная точка моего пути, и мне срочно нужно было туда.
* * *— Зул… Вальдемарович…
Аэропорт Цюриха напоминал разворошенный термитник, только я разом перестал кого-то видеть и слышать, кроме нее.
— Давай без формальностей, — шагнул к Алисе, и та повисла у меня на шее. Совсем не изменилась, разве что только в лучшую сторону: глаза горят бесовскими огоньками, на щеках румянец.
Приятно было осознавать, что не ошибся.
— Зул, — послышался всхлип над ухом. За последние сутки меня оплакали с ног до головы, и эта туда же.
— Поздравляю тебя с прибавлением. Очень рад, что все так вышло.
Чувствовать себя слабым и уязвимым было непривычно. Но никогда бы не подумал, что так приятно.
— Где вас… — проскулила тоненько. — Что с вами сделали?
Она смотрела на меня с такой надеждой, что он никуда больше не денется, что отказать было невозможно:
— Расскажу.
Алиса приехала за мной сама, чтобы никто не мешал поговорить. Мы вышли из здания аэропорта, и я с наслаждением вдохнул полной грудью.
— Сколько Никите?
— Год скоро, — улыбнулась она, выкручивая руль.
— Алекс как?
— Счастлив. Когда дома. Несчастен, когда его дергают в Совет. А они что-то зачастили.
— Потому, что баланс перекосило, Алиса.
Она бросила на меня короткий взгляд, нехотя возвращая внимание к дороге. Швейцарию заметало, а перед моим взглядом стояла выжженная солнцем пустыня…
— Зул, — голос Алисы вывел из ступора, — ты обещал рассказать.
— Я — дракон. — В следующий миг мне пришлось перехватить руль, чтобы мы не въехали в сугроб. — Тормози, Карельская!
— Гербер, — слабо возразила Алиса, все еще не видя дороги, но педаль тормоза нашла. — ДРАКОН?!
— Иногда ты — все еще Карельская, — закатил я глаза. — Пусти за руль.
После рокировки стало спокойнее.
— Куда здесь?
— По главной.